Аверьян Гаврилович подсел к столу, торопливо, но бережно развернул холстинку, внимательно осмотрел толстую квадратную книжку, переплет и срезы и только потом поднял крышку переплета. Сверху лежала сторублевка, под нею несколько листков бумаги. Купюру Аверьян Гаврилович, не глядя, отдал Кологойде, вынул узкие исписанные листки бумаги.

– Так, так, так... Бумага пожелтела, но, знаете, не такая уж старая...
– несколько удивленно сказал он.
– Довольно гладкая. Ага, вот в верхних правых углах оттиск какой-то печати. Разобрать, конечно, ничего невозможно... Ну, такие оттиски довольно часто делали на штучных изделиях, на альбомах, например, иногда по заказу владельца, иногда сами книготорговцы. Чернила, несомненно, старинные, из чернильных орешков, когда-то были черные, теперь стали коричневыми, выцветают, выцветают... Да, а вот это жалко! Один срез пострадал - очевидно, листки откуда-то небрежно вырваны... Почерк явно старческий, старательный, с росчерками, но обращение с правописанием слишком свободное, со знаками препинания и того более... Однако посмотрим...

Итак:

– "Свойства Эликсира Долгой Жизни", - прочитал Аверьян Гаврилович и озадаченно приостановился.

– Про долгую жизнь всем интересно, - сказал Кологойда, - ну-ка, читайте, что то за эликсир.

Аверьян Гаврилович продолжал:

– "Укрепляет желудок оживляет дух Жизненной изостряет чувство отъ емлет дрожание жил, Утоляет боль ревматизма, Утишает удары падучей болезни, предохраняет здоровье, подает долгую жизнь, избавляет кровопускания и употребления других лекарств, подкрепляет Сылы, останавливает биение нервов облегчает боль ломоты и подагры, и препятствует ей подниматься, Сохраняет и очищает желудок от всех клейких и жирных материй; Произвесть могущих худое в них варение, и прогоняет пзгару, Мигрену и пар в желудке предохраняет от иппохондрии, убивает глисты, лечит разныя Колики в желудке и кишках, чистит кровь, и в обращении оной способствует, Совершенное лекарство производит здоровый цвет в лице, слабит нечувствительно вылечивает все переменныя лихорадки Наконец можно его назвать возстановителем или Воскресителем человечества..." Каково, а?
– поднял голову Аверьян Гаврилович.

– Читайте, читайте!
– сказал Кологойда.

– "Употребление, - продолжал Аверьян Гаврилович.
– Люди полнокровные, горячего сложения, болящие желчью Склонные к Геромондам и каменной болезни должны принимать всякой прием, то есть: пополудне поутру времянно Сверх Вседневного употребления. Напротив того, люди холодно кровные и мокротные, флегматики и меланхолики, могут принимать всякой день поутру вставши столовую ложку зимой а летом половину, для поправления недугов желудка и для истребления тех материй от коих происходят все почти болезни.

Рецепт

Купить в Аптеке или травяных лавках

1) Чистаго сабуру 1 1/9 унции

2) Цыцварного корня или онаго семя 1 1/4 унции

3) Горькой янцыаны корня, или соколья перелета 1 1/4 унции".

Это я что-то не понимаю, - сказал Аверьян Гаврилович.
– Сабур какой-то... И при чем здесь соколиный перелет?

– Нет, именно "соколий перелет", - сказал Федор Михайлович.
– Разрешите мне взглянуть, это - травы, а ботаника все-таки моя специальность... Сабур - это попросту алоэ, цытварный корень или семя - полынь Артемизия, янцыана горькая, или, правильнее, генциана, - один из видов горечавки, соколий перелет - горечавка перекрестнолистная... Шафран, ревень - в объяснении не нуждаются - их по одной и одной трети унции...

Далее - лиственная губа, то есть лиственничная губа - грибовидные наросты на стволах лиственницы, тоже одна и одна треть... Ого! "Венецианского терьяку одна и одна треть унции". Знаете, что такое териак? Целебное средство против ядов животного происхождения, которые изобрел придворный лекарь императора Нерона... "Сернаго цвета одна и одна треть" это просто сера. "Стираксы одна и одна четверть унции". Стиракс-смола тропического дерева того же названия. И "сахару одна и одна четверть унции..." Читаю далее.

"Приуготовление

сей специй истолочь в порошок, всыпать все оное в штоф толстого стекла, налить на оное одну кварту хороший французской водки и закупорить хорошенько мокрым пергаментом или пузырем, а когда оной высохнет, то во многих местах проколоть булавкою дабы штоф от решентаций или переработки нелопнул. Чрез десять дней слить сию наливку, за купорить хорошенько пробкою и завязать пузырем.

Сей рецепт найден меж бумагами шведского доктора Кристоперлиста, умершего на 104-м году от удара припадснии его с Лошади Сие таинственное лекарство Сохраняемо было в его фамилии, чрез многая столетия дед жил 130 лет мать 107 лет а отец 112 лет от употребления Сего "Эликсира"..."

Вот тебе на!..
– засмеялся вдруг Федор Михайлович и дочитал: "Печатано в Санктпетербурге в типографии губернского правления здозволения Цензурного Коммитета 18... года", - окончание цифры, увы, оборвано...

– Где, где?..
– -заволновался Аверьян Гаврилович.
– Да, действительно, - с явным разочарованием сказал он, прочитав, - как жаль, как жаль...

– Так что, этот эликсир на самом деле или обыкновенная липа?
– спросил Кологойда.

– Почему липа?
– сказал Федор Михайлович.
– Самое настоящее и даже зарегистрированное в Цензурном комитете доказательство извечной мечты человечества об эликсире жизни, чудесном лекарстве, магическом средстве, излечивающем от всех болезней.

– Так если не от всех, может, от каких-то болезней и помогает?

– Верующим помогает вера, - сказал Федор Михайлович, - и ученые придумали для нее ученое название - психотерапия. Таких эликсиров было множество, на одни мода проходит, появляются другие. Сейчас вошло в моду мумиё... Решайте сами, но, мне кажется, государство не понесет урона, если этот волшебный рецепт возвратить бывшему представителю фамилии, в которой он был реликвией...

Кологойда посмотрел на Букреева.

– Да, пожалуй...
– с некоторой оттяжкой сказал Аверьян Гаврилович. Он понимал, что рецепт - полная чушь, но ему не хотелось выпускать из рук курьезное сочинение, хотя никакого проку от него быть не могло.