Портьеры у входа в ложу раздвинулись — и в нее вошли двое привлекательных молодых людей, одетых в вечерние костюмы, что называется, с иголочки.

— А вот и близнецы Адонисы, — шепнула Гарриет сестре.

— Да, вижу, — улыбнулась Фелисити, наслаждаясь своей ролью бриллианта чистой воды.

Двое юношей, прозванных Гарриет «близнецами Адонисами», вовсе не состояли в родстве. Однако они были одного роста, имели одинаковый цвет волос и глаз, одевались у одного портного и ухаживали за одними и теми же женщинами. В настоящее время юноши припадали к стопам Фелисити.

Близнецы вежливо поздоровались с тетушками Аделаидой Эффе, а затем с радостью повернулись к Фелисити.

Фелисити приветствовала их ослепительной улыбкой.

— Добрый вечер, джентльмены. Рада вас видеть. Знакомы ли вы с моей сестрой, виконтессой Сент-Джастин?

— Рад вновь вас приветствовать в столице, мадам, — с изящным поклоном отозвался первый Адонис. Его взгляд на миг стал задумчивым.

— Рад вас видеть. Поздравляю с недавней свадьбой. — Второй Адонис отвесил такой же галантный поклон, а затем оба вновь обратили свое внимание на Фелисити.

В глубине ложи тетушка Эффе болтала с престарелой вдовой. Краем уха Гарриет услышала замечание последней, что вся семья встретила свершившееся бракосочетание с облегчением.

— Мы, разумеется, очень рады этому союзу, — безмятежно рассуждала тетушка Эффе, а затем вдруг добавила сквозь зубы:

— Но в то же время были разочарованы тем, что молодые не дождались официальной свадьбы. Хотя у любви свои законы, не правда ли?

— Кое-кто уж точно поступает, как ему заблагорассудится, — прошептала вдова. — И если вы меня спросите кто, я отвечу — Сент-Джастин.

Гарриет чувствовала, что на нее устремлены любопытные взоры из других лож. Свесившись за барьер, она наблюдала за потасовкой, разгоревшейся в партере, и не заметила, как в ложе появился новый посетитель, пока не услышала знакомый мужской голос, приветствующий тетю Аделаиду и тетю Эффе.

— О, добрый вечер, мистер Морланд, — радостно отозвалась тетушка Эффе, — рада вас видеть.

— Я пришел засвидетельствовать мое почтение новоиспеченной виконтессе Сент-Джастин, — произнес Брюс.

— О да, конечно, — сказала тетушка Эффе.

Повернувшись, Гарриет увидела перед собой Морланда. Его золотистые волосы блестели в свете огней, улыбка была полна обаяния. Гарриет вспомнила предупреждение Гидеона. Ангельская внешность Брюса обманчива.

— Добрый день, мистер Морланд, — вежливо улыбнулась леди Сент-Джастин.

— Мадам. — Брюс присел рядом с ней на обитый бархатом стул. Заглянув Гарриет в глаза и понизив голос, он произнес:

— Вы очаровательны сегодня.

— Благодарю вас, сэр.

— Я только утром узнал, что вы снова в Лондоне, — продолжал Морланд, — и что вы вышли замуж.

Гарриет склонила голову. Большинство людей, по меньшей мере для видимости, проявляли вежливость, поздравляя ее.

— Да.

— О вашем внезапном исчезновении из Лондона ходили тревожащие слухи.

— В самом деле? — Гарриет пожала плечами. — Мне ничто не угрожало, и не понимаю, почему обо мне должны были беспокоиться.

— Кое-кто из нас опасался за вашу безопасность, — мягко заметил Брюс.

— Чепуха. Я ни на секунду не подвергалась опасности. Помилуйте, и кому только такое могло взбрести в голову?

Губы его тронула печальная улыбка.

— Те, кто беспокоится о вас, понимают, что для этого имеются все основания, ведь Сент-Джастин отправился вслед за вами и вашими друзьями.

— Что ж, теперь, надеюсь, вам ясно, что они беспокоились совершенно напрасно, — твердо произнесла Гарриет.

— Вы очень смелая леди. — Воздавая ей честь, Брюс склонил голову. — Примите мое искреннее восхищение.

Гарриет пристально посмотрела на него:

— Что вы имеете в виду?

— Неважно, не обращайте внимания. Что сделано, то сделано. — Брюс кивнул в сторону зрителей. — Вас не смущают пристальные взгляды и комментарии? Вы последняя диковина на общественной сцене, леди Сент-Джастин. Невеста, а теперь жена Чудовища из Блэкторн-Холла.

Гарриет гневно отпрянула назад:

— Я попросила бы вас впредь не называть моего мужа этим ужасным прозвищем. Мистер Морланд, пожалуйста, сейчас же покиньте ложу!

— Я не хотел вас обидеть, мадам. Я только осмелился повторить то, что говорит весь свет. Убьете ли вы гонца, принесшего дурную весть?

— Да, если это необходимо для того, чтобы заставить его прекратить повторять ее. — Взмахнув веером, Гарриет сделала Морланду знак удалиться. — Оставьте нас, сэр. Я не в настроении выслушивать всякий вздор.