– Это хорошо.

– Не забывайте, что мы отвлеклись от главного – что мы будем делать после того, как Рендл со своими людьми уйдет отсюда, если он вообще уйдет, – напомнил им Камаль.

– У нас есть еще выход, благодаря которому все вы окажетесь в безопасности, и никто из ваших недругов не сможет вас найти, – сказал Гудон. – Я сам провожу вас.

– Что это за место?

– Я не сказал бы, что это какое-то место.

– У нас нет времени разгадывать загадки, – угрюмо произнес Камаль.

– Я и не пытаюсь говорить загадками, о друг Линана, но все же вам придется потерпеть и увидеть все самим. Не могу ничего больше сказать об этом. Вам придется довериться мне.

В воздухе повисло тягостное молчание, затем Линан сказал:

– Я доверяю тебе, Гудон. Я отправлюсь с тобой.

Гудон взглянул на него по-дружески.

– Я знал, что вы доверитесь мне, маленький господин.

Он обвел взглядом товарищей Линана:

– Но что скажут ваши спутники?

Прежде чем успели подать голос Эйджер и Камаль, Дженроза произнесла:

– Если вам доверяется Линан, то я тоже доверюсь.

Она взглянула на своих спутников.

– И они поступят так же.

– Хорошенькое дело, – проворчал Эйджер.

Кайякан хлопнул в ладоши.

– Как хорошо, что все мы здесь друзья, особенно в наше беспокойное время. А теперь я предлагаю…

Однако он не успел ничего предложить. В кухню вбежал один из его слуг и прошептал что-то на ухо хозяину. Его лицо приобрело серьезное выражение. Слуга хотел было исчезнуть, однако Кайякан остановил его.

– Принеси ужин нашим гостям. – Слуга отвесил поклон и скрылся за дверью.

Желудок Камаля забурчал при одном только упоминании о еде. Он выразительно взглянул на хозяина дома.

– Я не ел как следует вот уже несколько дней, да и мои друзья тоже.

– Сейчас об этом позаботятся, – заверил его Кайякан. – Однако появились обстоятельства намного посерьезнее, чем еда. Мой слуга доложил мне, что Рендл со своим отрядом уходит отсюда, а кроме того, из разговоров между некоторыми торговцами он понял, что наемники говорили, будто бы направятся теперь на север, в Хаксус. – Он повернулся к Гудону. – Как только они уйдут, придется уйти и вам на тот случай, если Рендл переменит свои намерения и вернется сюда с солдатами.

Рендл выводил свой отряд из Приюта. На первом же подъеме он задержал Эдера и Прадо и оглянулся.

– Насколько ты уверен в том, что парнишка, которого ты видел, и был Линан? – спросил он у Прадо.

– Пятеро твоих солдат не вернулись и уже никогда не вернутся. Вот тебе и ответ на твой вопрос.

– В один прекрасный день я вернусь сюда, – сказал Рендл. – Я вернусь с тысячным войском, и мы опустошим эту землю.

Прадо ухмыльнулся.

– Ты и на самом деле думаешь, что четты позволят тебе прожить так долго?

Рендл пропустил его издевку мимо ушей.

– Мне было бы лучше ехать, – неуверенно произнес Эдер.

– Твои люди готовы?

– Да, в точности, как вы приказали. Двадцать пять всадников.

– Когда вы закончите все свои дела, отправляйтесь прямиком в Колби.

Эдер кивнул и поскакал прочь.

– Все, что теперь тебе нужно, так это, чтобы Линан и его друзья делали все в точности, как тебе того хочется, – насмешливо произнес Прадо.

Рендл перехватил его насмешливый взгляд и продолжал смотреть прямо ему в глаза до тех пор, пока тот не стушевался и не отвел взгляда в сторону.

Линан сбежит из Приюта. Что бы особенного ни знали его друзья об этих местах, здесь он не останется в безопасности. Каждый день, который Линан промедлит, оставаясь здесь, грозит ему либо признанием его наследственных прав, либо очередным изгнанием. Только вдали отсюда, среди Океанов Травы, он окажется в настоящей безопасности. – Рендл улыбнулся собственным мыслям.

– По крайней мере, они думают именно так, и эта ошибка дорого им обойдется.

Впервые с того времени, как его похитил Джес Прадо, Линан ощутил полноту жизни. Его теперь окружали друзья, среди которых был и Гудон. Все они были сыты и теперь неслись вскачь на резвых и свежих лошадях – шестеро кобылиц, родных сестер, оседланных по всем правилам, по бокам у которых висели дорожные мешки с запасом еды и фляги со свежайшей водой, а кроме того, с особенными запасами Гудона, вооружившегося тугим луком и добрым запасом стрел, несли их всех вперед. Линан забросил свой меч за спину. Меч этот был непростым, его всю дорогу до Приюта Странников сохранял для Линана Эйджер. Что ж, думал Линан, хоть это был и не его собственный, доставшийся в наследство от отца меч, он все же был добрым и надежным оружием. Но самым лучшим из всех его ощущений было то, что его тело избавилось от старой привычной одежды, из тонкой ткани, пропитанной грязью, кровью и потом и хранившей все эти запахи. Кайякан одел их всех в новехонькие четтские одежды, состоявшие из полотняных штанов и рубах, тяжелых пончо и широкополых кожаных шляп. Единственным, что Линан сохранил для себя, был зеленый плащ, подаренный ему хозяином дома и бережно сбереженный верным Эйджером. В глубине души Линан сознавал, что все они должны были выглядеть по меньшей мере странно этой ночью – следовало при этом иметь в виду, что пончо едва прикрывало плечи Камаля, а Эйджер напоминал своим видом увядавший и поникший цветок.