Выбравшись с другой стороны, он почувствовал себя уверенней и даже рискнул выглянуть из-за колеса.

Грохот очереди и пренеприятнейший вибрирующий вой прошедших совсем рядом пуль убедил Валерия, что высовывался он зря.

Очередь угодила в стоящую за джипом иномарку, и из нее на асфальт потекла какая-то жидкость. Васильев не стал уточнять, какая именно. На четвереньках он припустил наутек и остановился только у стеклянной будочки сторожа.

Преследователей оказалось двое. Они двигались параллельно, переговариваясь гортанными голосами. Подняться и посмотреть на них Васильев не решался. Зато он заглянул в будочку и обнаружил там брошенный сторожем помповик. И немедленно им завладел. Скорчившись в будочке так, чтобы нижняя, непрозрачная часть цоколя заслоняла его, Васильев выставил ружье и ждал. Дверцу он оставил приоткрытой: снаружи через щель ничего не разглядеть, а ему хоть какой-то обзор.

Ждал он не больше полуминуты.

Преследователь остановился у будочки. Васильев не видел его, но отчетливо слышал сопение. И даже обонял запах пота и чеснока, распространяемый противником. Стоя у будочки, тот оглядывал стоянку. Васильев точно знал местоположение врага, но стрелять через стекло не рисковал. Наконец преследователь шагнул вперед, и Васильев увидел его.

Должно быть, враг почуял этот взгляд, потому что стремительно развернулся, вскидывая автомат, но Васильев успел раньше: пинком распахнул дверь и всадил в противника заряд картечи. Автомат вылетел из рук преследователя, а сам он, отброшенный ударом, врезался в ближайшую автомашину и безжизненным кулем сполз на асфальт.

Васильев услышал короткий вскрик, увидел оскаленное заросшее черной щетиной лицо второго, наводящего автомат, поспешно передернул цевье помповика, уже понимая, что все равно не успеет выстрелить и выскочить из будочки тоже не успеет…

Злобно взлаял автомат. Звук отразился от соседних домов, вернулся эхом. Васильев услышал это эхо, потому что стреляли не в него. Врага швырнуло вбок, он пронзительно закричал…

Васильев, пригнувшись, метнулся к шеренге коммерческих ларьков. У крайнего стоял Олежек и призывно махал рукой. На плече у него висел автомат.

– Давай быстро! – Он схватил Васильева за руку и потащил к припаркованной у тротуара «шестерке». За рулем сидел потеющий от страха молодой парень, а на заднем сиденье – Гарик. В руке он держал нож, плотно прижатый к сонной артерии водителя. Настолько плотно, что по шее парня сползала под ворот красная полоска.

Васильев запрыгнул на переднее сиденье, ткнул в бок водителя стволом помповика.

– Вперед, быстро!

Водитель тут же рванул с места.

Гарик отнял нож от его шеи, обтер о сиденье и спрятал.

В салоне кисло пахло сгоревшим порохом. Водителю этот запах был явно не по душе.

– Я вас не видел, мужики! – быстро проговорил он.– Не видел, не знаю, Богом клянусь! Не убивайте, а? Хотите, машину заберите, а?

– Успокойся,– устало произнес Васильев. Стресс схлынул, оставив после себя дрожь, боль и ватную слабость.– Веди себя хорошо и будешь жив. И машину тебе тоже оставим.

– Я – все, что скажете. Вы только скажите. А я сам – никому! Чтоб мне…

– Заткнись! – бросил с заднего сиденья Олег.

– Поворачивай к Ладожской,– распорядился Васильев.– И не гони, понял?

Водитель послушно сбросил до пятидесяти и через пятнадцать минут высадил их на углу у «Самоцветов».

– Права отдайте, а?

Олег бросил права ему на колени.

– Гляди,– предупредил он.– Мы тебя знаем, найдем на раз!

Машина уехала.

– Тебе не кажется, что эту дуру надо куда-то спрятать? – спросил Олег.

Васильев глянул на помповик, который держал в руке. Парень прав. Вообще, ружье надо было выкинуть по дороге.

– На! – Гарик стянул с себя щегольский белый шарф.– Замотай.

Помповик спрятали на пустыре. Засунули в какую-то нору, припорошили землей и снегом. Единственный оставшийся патрон Васильев выкинул в замерзшую лужу, продолбив кирпичом лед.

– Сколько положил? – поинтересовался Гарик.

– Семерых.

– Итого, с Олеговым, будет восемь. Нормальная цифра. Если по стольку каждый день, к лету всех перекоцаем.

– Дурак,– констатировал Олег, переглянувшись с Васильевым.– Что будем делать, командир?

– Домой поедем. Надо мне с нашим заложником проконсультироваться. И еще подумать: как Шизу вытащить?

– Уже никак,– сказал Олег.– Если его эти, черные, не тронули, то наверняка менты забрали.

– Какие менты?

– Да те, что нам навстречу проехали. Автобус и еще четыре «козла». Не видел, что ли?

Васильев покачал головой.

– Думаешь, туда?

– А куда ж еще? – удивился Олег.– Такую пальбу подняли! Это еще поздно приехали. Мы уж боялись: если тебя те не замочат, так эти прихватят. Я Гарику сразу сказал, как пальба началась: стопим тачку и держим. Как менты подскочат, сразу сваливаем. Со стволами светиться, сам понимаешь. Так что ты молоток! Вовремя выскочил.