Темнота пещеры рассеивалась мягким светом, который испускал посох друида. Внезапно послышался шум. Натыкаясь на стены, в пещеру вошли люди.

— Что случилось? — лениво поинтересовался я, забирая у них сухие ветки.

— Что, что — передразнил раздраженный Солен. — Ночное зрение пропало.

Я весело хмыкнул, представив себе, как эти двое в темноте пытались найти дорогу обратно. Гварт пробормотал что-то крайне нелестное в их адрес, и занялся костром. Под его умелыми руками стены пещеры вскоре осветили живые языки пламени. Все подсели к огню, протягивая руки. Хоть и не холодно, но появилась странная потребность ощутить тепло.

Через пару часов, когда все насытились и устроились немного поспать, тишину пещеры, помимо треска сучьев в костре, разорвал усталый голос.

— Хорошо тут у вас.

Я мгновенно подскочил с одеяла и радостно воскликнул:

— Наконец-то. Куда ты умудрился попасть?

— Сейчас не время, — измученный темный опустился рядом со мной, разглядывая проснувшихся спутников. Я с изумлением отметил перевязанную руку, множество порезов и испачканную кровью одежду. Конечно, мы все выглядели не лучше, но так непривычно видеть темного в таком состоянии.

— Как ты? — с участием спросила Тара.

— Плохо, — лаконично ответил темный. — Но не так, как ваши эльфы.

— Что с ними? — воскликнули Солен и Ясень. Хозяйственный Гварт в это время тщательно упаковывал всю оставшуюся еду и складывал вещи.

— Нужна твоя помощь, — и Риан обратил свои фиалковые глаза на друида. — Я долго не продержусь… Надо поторопиться.

— Что ты имеешь в виду? — встревожился я, выходя из пещеры. Солен выводил коней. Небо уже посветлело, позволяя людям хорошо ориентироваться в пространстве.

— Увидишь, — только и послышалось в ответ. Риан свистнул. Белоснежный конь тут же выскочил из-за деревьев и остановился рядом с хозяином, преданно глядя в глаза. — Умница мой, — он погладил морду хьярда и вскочил в седло, которое так и не снимал. — Все готовы?

— Все, — прокряхтел гном, взгромождаясь на свое животное. Черный конь покорно терпел, но его глаза выражали только обреченность. — Поехали.

Риан кивнул и поехал вдоль горы.

Я уверено вел спутников по проложенному пути. Найти их не составляло труда (по крайней мере, в магическом плане). Зеркала сделали свое дело. И вот теперь я с трудом удерживал себя в седле. Друид предлагал помощь, но я отказался, мотивируя это тем, что его целительские силы понадобятся уже скоро. И не в малых количествах. Тем более что страдал я не от мелких ран (правда ушибленная спина и нога, после удара о каменную стену, болели нещадно), а от сильного перерасхода силы. Этот временной кокон тянул все оставшиеся крохи, поэтому я торопил Айса из-за всех сил.

Вышли мы с эльфами вовсе не с другой стороны гор, как предполагали в начале. Просто очень хорошо отодвинулись на север. Так что с лошадьми проблем не возникло. А то воображение сперва рисовало ужасающую картину: втаскивание бедных животных на гору. И это при такой-то усталости. Аж жуть берет. Я никогда не верил в богов, хоть и знал, что они существуют. Поклонение кому-либо — это не мой стиль. Но сейчас я искренне поблагодарил высшие силы за пускай маленький, но все же приятный момент. Скакать на коне по неровной земле то еще удовольствие, но проделать весь путь обратно на своих двоих я бы точно не смог.

Я постоянно ловил на себе сочувственные взгляды брата. Похоже, он чувствовал мое состояние. Впрочем, так было всегда. Он в детстве постоянно и безошибочно понимал, когда мне было плохо, и оказывался рядом в нужный момент. Это его черта, его особенность. Он все время, когда мы были вместе, заботился обо мне, принимая обязанности старшего. Я не был против.

Иногда в его топазовых глазах промелькивало узнавание, и я в который раз сдерживал себя, чтобы не рассказать все. Может, время и пришло, но страх заставлял меня держать язык за зубами. В последнее время мы сблизились, но не настолько, чтобы с уверенностью утверждать, как он отреагирует. Единственная моя надежда на то, что родственные чувства все же смогут прорваться, и тогда Алину будет проще принять правду, зная, что доказательства уже есть. А так мне нечем подтвердить свои слова.

Давай Айс. Давай родной. Для эльфов прошло всего несколько минут, но если я не удержу нить, связывающую меня с коконом, то он распадется. Все было бы ничего, но после падения заклинания, время в выделенном месте резко ускорится. Ненадолго, но этого хватит, чтобы все мои усилия стали напрасными. Побочный эффект этого заклинания был всем известен, поэтому все маги старались сами прерывать связь, аккуратно прекращая поток силы. Трата была больше, но неприятных последствий удавалось избежать, нежели резко разорвать связь.

Поэтому я терпел, перебарывая здоровые инстинкты организма, которые старались все прекратить. Мне стоило огромного труда запрограммировать поток так, чтобы он не прерывался, даже если я буду не в состоянии за ним следить. Однако вовремя я это сделал! В глазах потемнело, и я повис на шее своего коня.

Глядя на Риана, я не мог не беспокоиться. Его лицо побелело настолько, что впору принимать за вампира. Прикушенная губа доказывала, что маг сейчас очень сосредоточен, поэтому, когда Тара хотела обратиться к нему с каким-то вопросом, я жестом остановил девушку.