Здесь он ничего не боялся. Существа, идущие наверх, никогда его не трогали, потому что они были братьями. Он подождал, пока лишайник снова засияет ровным светом, что говорило о том, что больше уже ничего не будет и пошел искать девушку. Он увидел ее, едва пройдя пару коридоров.

Она появилась из бокового хода, а вслед за ней проковылял крупный ревун, тащивший на себе тело парня без ног.

— Пора! — решил он, и подобрался к ним ближе по потолку пещеры, завис над их головами, готовясь к последнему прыжку. И остановился.

Девушка свернула в боковой проход, туда, и он вдруг понял, куда она несет парня — та несла своего возлюбленного к его создателям, которые могли дать ему новую жизнь, хоть вряд ли понимала, что делает. Если она шла туда, то ему не надо ее убивать. Зачем? Ученые возьмут ее парня и сделают из него такого же, как он. Они это любят, им нравятся сильные быстрые существа, он получит новые ноги, а возможно что-то еще. А если его создателям захочется убить ее, они это сделают сами, для этого у них имеется миллион возможностей.

Это значит, что задание можно считать выполненным.

Учитель улыбнулся и помчался по широкому коридору, вырываясь наверх под грустное хмурое небо, он спешил к волку, наступало время их совместного воя на луну.

Кот остановился, настороженно вслушиваясь в тишину. Молодые ребята — новички, мгновенно собрались вокруг него, блеснув стволами новеньких ружей. Все, как он учил. Каждый наблюдал за своим сектором обстрела, готовый открыть огонь. Влад одобрительно кивнул им и снова принюхался. Запах был знаком. Что-то чрезвычайно опасное находилось рядом, но в то же время он почему-то был уверен, что им ничего не угрожало.

— Водка есть? — спросил чей-то знакомый голос из темного прохода, ведущего в дальние пещеры, туда обычно никто не ходил, там было слишком опасно. Обычно там селились самые опасные твари, и несмотря на то, что симбионтов там водилось чрезвычайно много, в том числе и очень редких, а значит дорогих, но туда никто не ходил, потому что оттуда не возвращались даже самые удачливые охотники — слишком много разных опасных тварей пряталось в темноте.

Кот улыбнулся и махнул рукой ребятам, чтобы они расслабились.

— Вперед! — скомандовал он. — Отдайте собранные симбионты Доку и всем отдыхать.

— А ты?

— Я друга встретил. Дайте мне пару бутылок водки и идите, я подойду позже.

— Друга? Что же он нам не покажется?

— У него лицо испорчено жгучим лишайником, поэтому стесняется.

— Как скажешь, командир, в случае чего выстрели, мы услышим.

Новички ушли дальше по проходу, тогда из темноты показалось лицо Сергея.

— Водку взял?

— Две бутылки, думаю, хватит.

— Давай сюда, здесь хорошо.

— Меня же там сожрут. Я еще с ума не сошел!

— Никто тебя со мной не съест, и вообще можешь везде ходить спокойно, я всех предупредил, что ты мой друг.

— Все равно боязно.

Сергей выпрыгнул из темноты, схватил его в охапку и вернулся обратно в широкий пустой зал, освещаемый лишь небольшой колонией светящихся лишайников, прежде чем Влад успел запротестовать. В нем было пусто, но из дальнего прохода доносился чей-то угрожающий рев.

— Выпьем?

— Давай.

Перфилов открыл бутылку и одним махом высосал все содержимое литровой бутылки, даже не поморщившись. Влад, усмехнувшись, достал алюминиевую кружку из рюкзака и налил себе чуть-чуть — на самое донышко.

— Все тоскуешь? А подойти не пробовал?

— Кто я и кто она? — Сергей отхлебнул немного из второй бутылки. — Не могу…

— Ну и дурак! — Кот выпил, и, отломив корку от буханки, закусил. — Она же любит тебя, и ей все равно, каким стал. Да и ты ее любишь, сам говорил.

— Зато мне не все равно. Я не человек, Влад, понимаешь ты это?

— Ты человек, Сергей, чтобы о себе ни думал. Мы тебя любим и она и я, и ты это прекрасно знаешь.

— Ну какой я человек?! — Перфилов задрал штанину комбинезона и стали видны тонкие ноги, похожие на птичьи, покрытые желтой кожей с мелкими чешуйками. — Видишь?

— А что тебе не нравится? — пожал плечами Кот. — Кто виноват, что ты потерял свои ноги? Пришлось ученым ставить тебе другие. Не болят?

— Не болят, да и действуют неплохо, я с ними бегаю быстрее автомобиля, единственный у них недостаток в том, что они не человеческие.

— Я не обещал, что верну твои старые ноги.

— Не в тебе дело, ты свое обещание выполнил. Я просто не знаю, как к Лие подойти. Представь, вот мы обнимаемся, ложимся вместе, и она видит мои ноги!

— Я думаю, ей будет все равно. Главное все равно то, что у тебя внутри.