Дух никсы обретал свою истинную форму. Лукас выбежал из-за угла, припадая на раненую ногу. Я жестом остановила его.

— Погоди. Еще чуть-чуть — и все закончится. А Саванна?…

— Во дворе. — Он опустился на колени рядом с телом Джейми, пощупал пульс и повернулся ко мне. — Она угасает. Пора начать…

— Подожди еще немного. — Я огляделась. — Ну же, Трсайель, где ты?

— Так это никса? — спросил Лукас.

Я кивнула и застыла в отчаянии.

— Ты ее видишь? Мы ее не должны видеть, она должна быть на той стороне, в посмертии. Значит, Трсайель не может…

— Ева! Мы теряем…

Он беззвучно выругался, потом наклонился к Джейми и начал делать искусственное дыхание. Дух никсы корчился и выгибался. На секунду в тумане отчетливо возникло ее лицо. Я протянула руки к ней, но они прошли сквозь туман. Вскинув голову, никса расхохоталась, рывком высвободилась, взмыла к потолку и исчезла.

— Проклятье!

Я ударила кулаком по стене, зажмурилась и глубоко вздохнула. Не сработало. Но ребята все-таки в безопасности. А никсу я обязательно поймаю в призрачном мире, где ей будет непросто от меня уйти.

Поджав ноги, я сидела рядом с Джейми.

— Как она? — спросила я у Лукаса. — Тебе помочь? Он начал массаж грудной клетки.

— Она умерла на секунду, не больше, но мы ее вернем к жизни. Посмотри, где там?…

— Лукас? — донесся голос Саванны со стороны двора, и она вошла на кухню.

— Мама?

— Здесь, солнышко. Иди…

Пронзительный крик оборвал мои слова. Вскочив на ноги, я помчалась в кухню.

Кухня была пуста.

— Должно быть, она во дворе, — выдохнула я, бегом направляясь к задней двери. — Возвращайся к Джейми, проверь, как она себя чувствует.

— Если я буду, нужен… — начал Лукас.

— Я позову.

Я выбежала в заднюю дверь. Солнце зашло, но фонари на соседнем дворе заливали лужайку ярким, почти дневным светом. Саванны здесь не было. Любопытный сосед притаился за изгородью и следил за мной старческими, слезящимися глазами.

— Ты, там! — крикнула я, резко поворачиваясь в ту сторону.

Старик отшатнулся от щели. Я подошла к ограде.

— Ты видел… Саванна, моя подопечная… она была здесь, во дворе?

— Что за тон, — проворчал он, возвращаясь к изгороди. — Ты…

— Ты ее видел?

— Сбежала от вас, да? Я старый, но не глухой. Они тут с твоим мужем ругались. Хоть и тихо шептались, но мне хорошо знакома разница между ссорой и обычным разговором.

— Рада за тебя. Лукас вошел в дом, а потом…

— Потом девчонка тоже ушла в дом, а потом кто-то закричал, я слышал, я не глухой.

Я скрипнула зубами. Если б щели в ограде были чуть пошире, я бы просунула руку и придушила старого придурка.

— Она вошла в дом, а потом снова вышла?

— Нет. Может быть, она выбежала через переднюю дверь. Вам, соплякам, с ней не справиться, вот она и сбежала. Тем лучше, наконец, вы от нее избавились.

Я швырнула в него отбрасывающим заклинанием, и он с криком рухнул наземь.

— Чтоб ты ногу сломал, — прошипела я, бросившись обратно к дому.

Проходя через темную пристройку, я не отрывала взгляда от распахнутой задней двери. Что-то обрушилось мне на спину, и я ничком рухнула на бетонный пол. Кто-то впечатал колени мне в спину, ухватил за плечи.

Я попыталась извернуться, но чьи-то руки сдавили мне горло с такой силой, что я потеряла сознание, даже не почувствовав боли.

Я пришла в себя. Саванна смотрела на меня сверху вниз, лицо ее было искажено ненавистью и гневом. На секунду внутри у меня все заледенело. Она думает, что я убила Джейми, а может быть, и Пейдж. Заглянув ей в глаза, я поняла, что передо мной не моя дочь.

Никса наклонилась, все еще держа меня за горло.

— Ну и как оно, ведьма? Я могу сломать тебе шею прямо сейчас. И раньше могла. Будет лучше, если я убью тебя точно так же, как ты пыталась убить меня. Восстановим справедливость.

Я дернулась, но она со всей демонической силой пригвоздила меня к полу.

— Полагаю, мне нужно поблагодарить тебя. Если бы я знала, что могу прыгать из тела в тело, я не стала бы тратить время на эту глупую некромантку. — Она закрыла глаза и вздрогнула. — Это тело достойно демона, такое молодое, такое сильное.

Я хотела произнести заклинание, но из горла вырвался только хрип.

— И вся вина ляжет на твою дочь, потому что это ее руки задушат ее опекунов.

Ее хватка усилилась, и мир стал меркнуть. Я старалась не потерять сознание, пытаясь высвободить руку или ногу.