– Сэр, – Харпер вытянулся по стойке «смирно» перед Споком, чувствуя биение сердца где-то в районе горла. Взгляд вулканца словно пронизывал его насквозь, и Харпер еще раз пожалел о том, что его не арестовали.

– Доктор Екатерина была вашей матерью, – голос звучал глубоко и спокойно, – Живой Городок – вашим домом. Раньше вы отказывались от вылетов, а теперь решили исполнить свой долг?

– Да, сэр. – Он стоял все так же навытяжку и чувствовал, что не может отвести взгляда от этих глаз. – ., но есть что-то, о чем вы должны знать, сэр, – услышал он собственный голос. – Вчера я… я работал в четвертом доке. Это я послал смертоносный ящик в Живой Городок. Это была моя идея, сэр. Из-за чего все и погибли…

– Я просматривал вахтенный журнал и разговаривал с командиром Доришем. Ты просил, командир дал разрешение. Ради твоей матери я сделал бы то же самое. Если хотите знать, мистер Харпер, у нас с вами на душе лежит один тяжкий камень. Идея взять на исследование эти странные ящики с борта ромуланского корабля принадлежит мне. – В этот момент Харпер понял, что мог бы последовать за этим вулканцем хоть на край Вселенной. – Чувство вины и раскаяния – совершенно естественные человеческие эмоции, лейтенант, но на корабле они будут лишними. И даже опасными, если учесть то, куда мы направляемся.

– За пределы Зоны? – Неожиданно Харпера охватило странное предчувствие, он поспешно отвел взгляд. – Извините, сэр, я просто подумал… Ведь мы предпримем попытку, да? Я хочу сказать, что ромулане не могут так просто…

– Место нашего назначения – не тема для обсуждения, – резко ответил Спок, – и я далеко не уверен, что вы сами сможете избавиться… как вы это объясните, лейтенант?

– Сэр? Я не… – Спок изумленно смотрел куда-то за Харпера, хмуро разглядывая рюкзак, валяющийся в углу комнаты.

Рюкзак шевелился.

– О, нет! – ахнул Бобби, бросившись к рюкзаку, который прыгал и катался по полу. Между стягивающими его веревками показались синие пальцы, пытающиеся развязать узел. Изнутри послышался тоненький писк.

– Ннет! Этто ввина нне Ббобби! Нне рругайттесь нна Ббобби… – Из-под носков и рубашек, нелепо размахивая руками и смешно вращая глазами, появился Обо. Сжимая и разжимая пальцы в умоляющем жесте, он неуклюже направился к Споку, – ттолькко ббудьте с нним пполласковвее, лладно?

Спок со смешанным чувством неодобрения и удивления взирал на происходящее.

– Лейтенант, вы знакомы с этим существом?

– Мм-да, но я… – Харпер, сгорая от стыда, чувствовал необъяснимую радость, – как ты сюда попал?

– Ссекррет, Ббоббби! Нниккогда нне рраскажжу! – Он опасливо заморгал.

– В самом деле, – Спок внимательно изучал стоящее перед ним маленькое голубое существо. – Как твое имя?

– Ооббо.

– Прозвище, сэр, – настоящее слишком длинное, чтобы его запомнить.

– Твое настоящее имя, – настаивал Спок.

– Ооообббооолллооодддррроообббооонннооо…

– Отлично, мистер Обо. Но ваши действия не правильны. Ваше присутствие здесь несанкционировано. Вы собирались пробраться на борт звездного корабля Федерации?

Существо просияло:

– Ддда!

– Нет, сэр, он не понимает. Обо официально не относится к персоналу дока, он даже не служит в Звездном Флоте – это просто некий адаптирующийся инопланетный вид. Сэр, это полностью моя вина. Вернувшись обратно, я готов отвечать…

– Мистер Харпер, пожалуйста, воздержитесь пока от ответственности за действия, находящиеся за пределами вашей власти. Мистер, Обо, что вы конкретно умеете?

– Ччиннить! – снова просиял Обо и хлопнул в ладоши. – Оччень ббыстро!

– Технику?

Харпер утвердительно кивнул.

– Понимаете, сэр, Обо может исправить все, что угодно, быстрее и лучше кого бы то ни было. Он даже чувствует неполадки до того, как они происходят.

– Да! – Обо подошел к Споку и доверчиво прильнул к его ногам. – Я ххоорооший! Я ввам ппонравллюсь! – Он потянулся к руке вулканца.

– Нет, Обо, нельзя! – Харпер опоздал. Он с ужасом наблюдал, как Обо, цепко обхватив руку Спока, стал поглаживать ею себя по голове. Спок тщетно пытался вырваться. Неоново-желтые глаза моргнули и закрылись, Обо превратился из синего в розового, а потом кожа его приобрела оттенок лаванды. Наконец, Спок с облегчением высвободил свою руку. Он смотрел на Обо, удивленно приподняв брови, а Харпер расстался с последней надеждой служить когда-либо на «Энтерпрайзе».

– Обо, сейчас же извинись! Ты не должен был…