– Вы ее получили.

– Да? Может быть. Но ведь есть опасность попасть между молотом и наковальней. У вас назревает переворот. – Танис взглянул за ограду сада.

– Посмотри, в Торбардине стало неспокойно. Гнейсс, скажи мне, неужели ты не ощущаешь этого в самом воздухе?

Гнейсс ничего не ответил. Он не считал нужным обсуждать проблемы Торбардина с кем бы то ни было из Внешних Земель.

– Очень плохо находиться между молотом и наковальней, Гнейсс. Мы говорили об этом с Хорнфелом как раз перед тем, как он ушел с своим стражем. Если будет нужно, мы будем сражаться. Но лучше, если мы будем сражаться рядом с тобой и твоими воинами. Если начнется междоусобица, тебе понадобится наша помощь, Гнейсс.

– Помощь необученных военному делу крестьян?

Полуэльф осторожно провел пальцем по ближайшему цветку, а затем стряхнул налипшую желтую пыльцу.

– Но вспомни, кто освободил их, – заметь, прямо под носом Верминаарда, Гнейсс! – и привел сюда из Пакс Таркаса?

«Восемьсот человек, – думал Гнейсс. – Ну что же, возможно, половина из них окажется способной сражаться и сможет защитить свои участки, если, конечно, дело дойдет до этого».

Но он подумал, что всетаки до этого дело не дойдет. Рилгар не станет сражаться за власть, пока не будет уверен в успехе. Но ведь есть еще и Ранс, поддерживающий Рилгара… Да, их первый удар должен быть сокрушающим. Два тана дерро не станут терять время и не направят первый удар на участки в восточной части Торбардина. Так что никакой необходимости в помощи полуэльфа и его людей нет.

Или всетаки такая необходимость есть?

Гнейсс снова посмотрел на Таниса. Теперь в его взгляде не было недоверия или подозрительности; он осторожно, как бы с усилием, улыбнулся. Неизвестно, когда и где таны дерро нанесут свой решающий удар. Но, глядя на Таниса и думая о беглецах из Внешних Земель, Гнейсс понял: этот удар можно ослабить.

Из Восточных участков есть два хода в город Ранса – с севера и с юга. Если напасть на город сразу с двух сторон, Ранс не сможет оказать Рилгару никакой помощи.

Он снова посмотрел на Таниса:

– Я еще плохо знаю твоих друзей, твоих фермеров, полуэльф. Я думал, они умеют хорошо сражаться только с паразитами на своих участках.

Танис пожал плечами:

– Думаю, у тебя будет возможность узнать их лучше.

Гнейсс погладил свою серебристую бороду:

– Ну что же, тогда я найду работу для твоих фермеров.

Он поднял один из рассыпанных Танисом камешков и бросил его в пруд. Поверхность воды покрылась рябью, но вскоре опять стала гладкой.

Тьорл обессиленно прислонился к обгоревшему стволу старой толстой сосны. Одежда – мокрая, вся в болотной грязи, в тине и в саже – была тяжелой, словно кольчуга. Ноги дрожали от усталости, руки и спина болели, и Тьорл признался себе, что, если бы не подвернувшееся вовремя дерево, он бы просто упал.

Глаза слезились от гари и дыма, слезы грязными струйками стекали по щекам; Тьорл вытер их тыльной стороной ладони, и лицо его стало еще грязнее.

Позади буйствовало надвигавшееся сплошной стеной пламя. Гуйил фир свирепствовал, выбрасывал высоко в небо столбы огня и дыма и стремительно катился по болотам к подножиям гор. Отдыхать было некогда, Тьорл и его друзья могли позволить себе разве что короткую передышку.

– Финн, – прохрипел эльф. Слова застревали в пересохшем горле. – Финн, что ты знаешь об этих горах?

Тот вскинул голову, его губы искривились в горькой усмешке:

– Я не гном и об этих горах знаю столько же, сколько и любой из нас, то есть можно сказать: я о них ничего не знаю. Я слышал, гномы называют вот эти места, где мы находимся, Внешними Землями. И они никогда не любили – да и сейчас, надо думать, не любят – пришельцев из Внешних Земель. Жаль, что сейчас с нами нет нашего однорукого друга.

«Разумеется, жаль, – подумал Тьорл. – Конечно же, Станах – не самый приятный спутник, но сейчас ему бы цены не было. Однако же Станах, скорее всего, уже мертв».

Эльф вздохнул. Да, Станах всегда старался держаться как бы в стороне, но ведь он, однорукий, измученный, полез на спину дракона, и полез, чтобы спасти Кельду, а не из-за этого Меча Бури, будь он сто раз неладен!

Тьорл потряс головой, уставшей и от усталости тела и от мыслей. Он потерял уже стольких товарищей! И все из-за этого Меча Бури!

Финн закашлялся, и Тьорл быстро повернулся к нему:

– Командир, никто из нас не знает дороги в этих болотах, поэтому лучшее, что мы можем сделать, – просто бежать от огня. Это сейчас должно стать нашей целью.

– Может случиться так, что не все из нас увидят ее, эту цель. – Финн жестом показал на Лавима.

Кендер тоже сидел прислонившись к сосне. Опустив голову, Лавим сильно кашлял и вздрагивал всем своим маленьким телом. Последнюю милю он бежал прихрамывая, бормоча что-то о камешке, непонятно как оказавшемся у него в ботинке.