Хех. Они чувствовали себя спокойнее, когда я был с ними против врага. Я старался держать непрерывно часть своего сознания на Пределе Демона. Я сделал все что мог, чтобы собрать эту группу. Я рассчитывал, что убийца перейдет на новый уровень, а до тех пор я должен водить за нос Лару и Совет.

Лучшим способом сделать это, на данный момент, было молчать, и пусть они говорят.

— Я полагаю, что первое, что мы должны сделать, это обменяться информацией, — сказала Лара Старейшине Мэй. — Хотите, чтобы я была первой?

Мэй подумала мгновение, а затем опустила голову в согласии.

Лара продолжила без церемоний.

— Мой брат, Томас Рейт, был захвачен перевертышем, одним из древних нааглошии. Перевертыш предлагает обмен. Мой брат на Стража Дональда Моргана.

Мэй наклонила голову на одну сторону.

— Каким образом в этом деле замешан Дрезден?

— Он заявил, что пытается установить невиновность Стража Моргана, своего рода внутреннее дело Совета. В качестве жеста доброй воли Совету и для поддержания мира в Чикаго я поручила своему брату предложить разумно рискованную помощь Дрездену. — Она взглянула на меня. — Он неоднократно злоупотреблял моими добрыми намерениями. На этот раз он каким-то образом вовлек моего брата в свои расследования, и Томас попал в засаду перевертыша.

— И это все? — спросила Мэй.

Лара снова взглянула на меня, и казалось, на мгновение стало видно, как она думала.

— Он заявил, что за ситуацией со Стражем Морганом стоит третья сторона, и что они пытаются повернуть Коллегию против Совета. К моему удивлению, мое собственное расследование не подтвердило сразу, что он лжет. То, что один из моих финансовых менеджеров каким-то образом был принужден к растрачиванию содержимого значительного счета, кажется возможным. Дрезден заявил, что деньги были посланы на счет, который по всей видимости принадлежит Стражу Моргану.

Мэй кивнула.

— И это так?

Лара элегантно пожала плечами.

— Это предположение. Мои люди работают, чтобы найти доказательства и в дальнейшем установить, что произошло.

Мэй кивнула и несколько секунд оставалась неподвижной, а затем произнесла:

— Несмотря на то, как тщательно ты ходишь кругами вокруг предмета разговора, ты прекрасно знаешь, зачем мы здесь.

Лара слегка улыбнулась.

— Рассказанной нам сказке от Дрездена не хватает наивности, — продолжила Мэй. — Кажется, что ты хочешь заставить нас поверить, что Коллегия не вовлечена в дело о смерти ЛаФортиера. Таким образом, твоей истории также не хватает доверия.

— Судя по моему опыту, государственные дела редко бывают простыми, — ответила Лара.

Мэй взмахнула рукой, легким жестом давая понять, что она в курсе.

— Все же, учитывая совокупность последних имеющихся фактов, действия известных нам врагов в качестве убийц, гораздо более вероятно, чем действия безымянной, безликой третьей стороны.

— Конечно. Вы, в конце концов, чародеи, — произнесла Лара без заметных признаков иронии. — Вы хранители великих тайн. Если бы такая группа существовала, вы бы знали об этом.

— Не исключено, что я несправедливо осудила ваших людей, обвинив их в заговоре, который повлек за собой смерть ЛаФортиера, — Мэй ответила совершенно спокойным голосом. — Вы, в конце концов, вампиры, и хорошо известны как честные и нежные натуры.

Лара наклонила голову, слабо улыбаясь.

— Несмотря на это, мы оказались здесь.

— Это кажется неопровержимым.

— Мне нужно вернуть моего брата.

Мэй покачала головой.

— Белый Совет не будет обменивать одного из наших.

— Мне кажется, — сказала Лара, — что Страж Морган не в вашей компании.

— Временная ситуация, — сказала Мэй.

Она не смотрела на меня, но я уверен, что сталь в ее голосе направлена на меня.

— Тогда, возможно, совместными усилиями, — сказала Лара. — Мы не должны позволить перевертышу взять Стража.

— Те, кто вступают в союз с Белой Коллегией в последствии сожалеют об этом, — ответила Мэй. — У Совета нет обязательств в содействии тебе или твоему брату.

— Несмотря на последние услуги для вас, предпринятые моим Королем и его Коллегией? — спросила Лара.

Мэй посмотрела на нее не мигая, и больше ничего не сказала.

— Он моя кровь, — сказала Лара тихо. — Я должна его вернуть.

— Я ценю твою преданность, — сказала Мэй тоном, предполагающим обратное. — Тем не менее, это дело с перевертышем, желающим обмена, едва ли тесно связано с тем, которое мы пытаемся решить сейчас.

— На самом деле, — сказал я, — связано, Старейшина Мэй. У меня есть кое-кто, кто сообщил Вонючке, где мы сегодня встречаемся. В зависимости от того, как быстро он пересечет воду, он может быть здесь в любую секунду.