Юсмей легла в постель. Хайл сам задернул занавески. Она слышала, как он ходил по комнате, звякая чем-то, но не ощущала никакого любопытства.

Юсмей думала, что вполне может принять его предложения. И пусть у него будут свои тайны, а у нее — поместье. Она вспомнила о своем сундучке с корнями и семенами трав, который уже готов к отправке в Кейт. Алхимик? Ну что ж, она тоже умеет делать отвары и перегонять их. Если в Кейте нет такого сада, как здесь, он будет. С этим она и уснула, не думая о том, что делается за занавесками ее постели.

В полдень следующего дня люди Хайла привезли фургон. Они не остановились в доме, а разбили лагерь в верхней части Долины, на склоне горы. Хайл намекнул, что народу Долины следует держаться подальше от участка, так как сила, которую он выпустит, может выйти из-под контроля.

Джеральду, Эннет и Юсмей он разрешил подойти поближе, но и они должны были находиться на достаточном расстоянии. Они смотрели, как работали люди в капюшонах среди обвалившихся камней.

Хайл свистнул, и все рабочие разбежались. Он взял факел, коснулся им земли и тут же отскочил назад.

Некоторое время стояла тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием Хайла. А затем — рев… взрыв… Скала взлетела на воздух, земля затряслась. Расколотые на куски камни дождем посыпались туда, где только что были люди. Эннет заткнула уши и завизжала. Юсмей смотрела на хаос, оставшийся после взрыва. Там уже возились люди в капюшонах с кирками и лопатами.

Джеральд обратился к Хайлу:

— Что это за дьявольская работа, брат?

Хайл рассмеялся.

— Дьяволы мне не подчиняются. Это знание, которое я получил в результате долгого обучения. Но это моя тайна, и она обернется против любого, кто пожелал бы воспользоваться ею без меня.

Джеральд покачал головой.

— Никто не захочет. Ты говоришь, что не вызывал демонов, а по-моему, это их рук дело. Что ж, у каждого свои тайны.

Хайл дважды воспользовался секретным приемом. Когда после второго раза обломки были убраны, перед людьми встал утес, через который когда-то бежал поток. Люди в капюшонах раскидывали лопатами камни, оставшиеся от оползня.

Хайл прошел вперед и вернулся с горстью голубой глины, с торжеством помахивая ею перед Джеральдом.

— Здесь должен быть янтарь. Скоро мы будем вознаграждены за наши усилия!

Люди в капюшонах копали. Хайл не вернулся в дом, а остался в их лагере. Юсмей одна заканчивала приготовление к путешествию на север. Муж уже предупредил ее, что не может задерживаться более чем на десять дней, потому что зима близка, а ехать придется по диким местам.

Команда Хайла работала днем и ночью при свете факелов и, казалось, вообще не спала. Однако добыча была невелика. Если Джеральд и другие были разочарованы, то Хайл — нет. Он только пожимал плечами и говорил, что это дело удачи и руководства звезд.

В конце концов он сторговался с Джеральдом и оказался, к тайному изумлению Юсмей, исключительно щедрым. За несколько кусков выкопанного янтаря он предложил кое-что из своих товаров — весьма выгодный обмен для жителей Долины. Джеральд с радостью принял эти условия, протестуя только для вида. Таким образом, когда отряд Хайла выехал из Апсдейла, все, что было найдено, лежало в нескольких седельных сумках лошади Хайла.

Пообещав вернуться в начале весны, супруги двинулись на север. Местность была и в самом деле совершенно дикая и незнакомая. Первые поселенцы пробирались в Высокий Халлак по горам, боясь низинных мест. Через много поколений они расселились в западном и южном направлении, но север оставался все таким же необитаемым.

Ходили слухи об удивительных странах, где все еще прятались прежние хозяева этих земель. Якобы во время войны лорды договорились с Всадниками-Оборотнями из какой-то неизвестной местности; потом Всадники-Оборотни снова удалились. Как знать, что лежит за следующим гребнем?

Однако Юсмей была менее насторожена, чем полагалось бы. В ней родилось любопытство, и она с большим интересом оглядывалась вокруг.

Два дня они ехали вдоль полей. Первую ночь провели в Майкрорте, теперь разоренном и заброшенном. На третий день начались совсем уже незнакомые места. Незнакомые для народа Юсмей; Хайл, похоже, знал здесь каждый камень. Юсмей не видела ни одной колеи, кроме той, что прокладывали колеса их фургона.

Это была унылая, мрачная местность, дул колючий ветер. Хотелось плотно закутаться в плащ и остановить взгляд на чем-нибудь разнообразящим эту пустоту. По расчетам Юсмей, они шли на северо-запад, свернув под углом к морю. Она хотела спросить, не граничит ли Кейт с этой местностью, но Хайл мало разговаривал с женой, когда они останавливались на ночлег. Он читал свиток, проводя пальцами по строчкам и шевеля губами. И Юсмей не могла сломать стену между ними.

Она все больше задумывалась, хорошо ли жить в доме с человеком, который ничем не делится с ней. Предупреждение, сделанное в первую брачную ночь, которое она доверчиво приняла, теперь выглядело иначе. У Юсмей не было даже горничной, потому что Хайл отказался взять кого-нибудь из Долин.