Катри знала, что его душа тянулась к ней, и ее охватывали участие и сочувствие. Ее влекло к нему так сильно, как никогда не влекло ни к одному мужчине, даже германскому наемнику Риа. Но какое будущее могло быть у них? Она была наследницей. Ее отец вряд ли легко смирится с ее потерей. Без сомнения, он перевернет всю Шотландию, разыскивая ее, так же как и отец Риа. Рано или поздно, но поиски приведут их сюда. И что тогда? Сама мысль о том, чтобы оставить Бранна Райланда, ранила ее, но была ли здесь надежда Для их любви?

Конечно, он еще не говорил о любви между ними. Пока об этом говорило ее сердце. Что же касается Бранна, то он говорил только о своем прошлом одиночестве, о своей надежде, что они с Риа могли бы стать родными, о семье, о том, кому он мог бы оставить свое огромное богатство. Ему казалось, что он обречен никогда не иметь своих собственных детей. Но теперь ему, так же как и Катри, было ясно, что Риа никогда не станет для него родной, его семьей. Она только хотела вернуться в Шотландию.

— Риа тоскует по своим родителям, — тихо произнесла Катри, отвлекаясь от своих собственных тягостных мыслей.

— А ты? — спросил Бранн.

Во взгляде Катри застыла удивительная покорность.

— Я - собственность моего отца. Я не видела его с тех пор, как мне исполнилось шесть лет. Порой я думаю, что даже не могу вспомнить его лица. Когда я пытаюсь, то представляю только миниатюрный портрет отца, который у меня есть.

— А что, если тебе никогда не пришлось бы снова увидеть его? Никогда не видеть Шотландии? — Он затаил дыхание, ожидая ее ответа.

— Англия красива, — просто ответила она. — И мой отец оставил меня много лет назад по своему собственному выбору.

Бранн почти испугался того, что он только что услышал, испугался, что она могла подразумевать что-то другое, а не то, что ему нужно было услышать от нее. Он поднялся, обошел вокруг стола и встал возле нее. Она вложила свои пальцы в его протянутую руку и встала со стула. Едва их руки соприкоснулись, как он повернул ее лицом к себе, с надеждой вглядываясь в ее глаза.

— Ты останешься со мной, Катри Мюр? Ты выйдешь за меня замуж и останешься рядом? Может Англия стать твоим домом, а я — твоей семьей?

Катри шагнула к нему, напряженно всматриваясь в его глаза.

— А нам позволят? Я не хочу войны. Пока я жива, боюсь, что мой отец никогда не прекратит меня искать. Я — часть его семьи, а это все, что имеет для него значение.

— Мы что-нибудь придумаем, — ответил Бранн, прижимаясь к ее рту своими губами. Только одна фраза вертелась у него в голове. «Пока я жива», — сказала она. А если ее отец будет думать, что ее больше нет в живых? В этом может быть выход. Будет выход. Он попробует. ***

Было уже довольно поздно, когда Катри оставила Бранна. Она боялась смотреть в лицо Риа, потому что знала, что не может скрыть своих чувств, все отражалось у нее на лице. Она не хотела, чтобы Риа испортила для нее этот момент. Она была влюблена, и человек, которого она любила, отвечал ей взаимностью.

Риа взглянула на нее и улыбнулась:

— Я уж думала, что ты собираешься задержаться внизу на весь вечер.

Катри увидела печаль в улыбке Риа. Ее серебристые глаза казались темными в последнее время, в них редко вспыхивали искорки смеха. Риа Макамлейд была стойкой и жизнерадостной и не впадала в отчаяние, но ее тоска по дому тяжело давила на нее. Катри присела возле нее на кровать, взглянула на накрытый поднос, стоявший рядом на маленьком столике.

— Мне бы хотелось, чтобы ты больше ела. Это было бы лучше, все такое вкусное здесь, — По желанию Риа ей приносили еду в комнату, но это всегда были те же самые блюда, которые ставили и перед Катри, и перед хозяином Чилтона.

— Я ничем не занимаюсь, поэтому и аппетита нет. — Риа спустила ноги с края кровати и встала. — Я думала, что вышивание будет для меня трудной работой, но оно не придает сил. — Она повернулась и посмотрела на свою подругу. — Я хочу домой, Катри, — резко произнесла она, — и если для этого я должна буду перерезать горло Бранну Райланду, я это сделаю.

— Это разобьет мое сердце, — тихо произнесла Катри, желая, чтобы Риа поняла ее, потому что боялась ранить ее своим откровенным признанием.

Риа замолчала, внимательно глядя на нее и изучая отражавшиеся на лице Катри чувства.

— Как ты могла влюбиться в него?

— А как ты можешь не любить его! Он такой хороший, добрый и так страшно одинок.

— Хороший? Да как ты можешь такое говорить? Он захватил нас силой и удерживает против нашей воли.

Катри медленно покачала головой: