Варник расправил на капоте старого грузовичка, украденного у полковника Хаппера, карту местности.

— Они должны держаться подальше от дорог, — предположил он. — Я думаю, они направились в национальный парк. — Он указал на карту. — Вот там и нужно их искать.

— Отлично, — весело заявил Харви. — Мне нравятся национальные парки. Если повезет, мы увидим там разных животных, и еще гейзер, и…

— Заткнись, — рявкнул Варник. — Мы не на экскурсию идем, чтоб ты знал. Полезайте в машину.

Плечи Харви поникли.

— Простите, босс.

Варник включил зажигание, и старенький пикап загромыхал вниз по холму к воротам национального парка.

Смотрительница парка стояла у ворот, глядя, как подъезжает грузовик. Она подняла руку, и Варник остановил машину.

— Доброе утро, — сказала смотрительница. — Давайте посчитаем. Трое взрослых и машина… это выходит семьдесят пять долларов.

— Семьдесят пять баксов! — воскликнул Варник. — Я не собираюсь покупать этот парк. Я просто хотел немного прогуляться здесь.

— Да, сэр, — отозвалась смотрительница. — Я это понимаю. Но входная плата за троих взрослых человек плюс один автомобиль составляет семьдесят пять долларов. Служба Национальных Парков нуждается в каждом пенни, которое только может получить.

— Пенни я могу отдать, — проворчал Варник. — А сколько заплатят двое взрослых и ребенок?

— Пятьдесят долларов, сэр.

— И сколько лет может быть ребенку?

— Ребенок должен быть в возрасте до тринадцати лет включительно, сэр.

Варник указал на Харви.

— Да, но ему всего двенадцать. Он просто выглядит старше своего возраста, вот и все.

— Хорошая шутка, сэр, — без улыбки ответила смотрительница. — Платите за вход. С вас семьдесят пять долларов.

— Вернон, — сказал Варник. — заплати этому типу… то есть девушке. Я хочу сказать, заплати этой доброй женщине.

— Почему я? — заспорил Вернон.

— Потом что у меня нет денег, — прошипел Варник.

Вернон, ворча, извлек бумажник и неторопливо отсчитал ровно семьдесят пять долларов.

— Я хотел бы получить квитанцию, — заявил Вернон, — чтобы потом стрясти с босса возмещение за свои расходы. Это деловые расходы.

Смотрительница парка выписала квитанцию.

— Счастливой экскурсии, господа.

— Хорошо, хорошо, — пробурчал Варник. — Всегда рады.

Они въехали на территорию национального парка и поставили грузовик на стоянку.

— Отсюда нам придется идти пешком, — сообщил Варник.

— Ну и ладно, — отозвался Вернон. Его куда больше интересовало, сможет ли он получить с босса свои семьдесят пять баксов.

Харви радостно двинулся вперед.

— Я часто приходил сюда в детстве. Еще тогда, когда был бойскаутом!

— Ты был бойскаутом? — переспросил его Варник.

— Конечно, был. У меня даже остались все полученные мной грамоты. Когда вернемся в город, я их вам покажу.

— Не нужны мне твои дурацкие грамотки, — злобно ответил Вернон.

— И мне тоже, — сказал Варник. — Все, что мне нужно — это изловить этих проклятых щенков, продать их и убраться из города.

— Я с вами, босс.

— Но сперва нам нужно найти этих нахальных псин.

Некоторое время — точнее, большую часть дня — они слонялись по парку, но не нашли и следа беглых щенков.

— Что ж, поразмыслим, — сказал наконец Варник. — Если бы ты был щенком, то что для тебя было бы важнее всего на свете?

«Я есть хочу», — скулила Чубби.

«Снова о своем желудке», — проворчал Чайковский.

«Простите, но я ничего не могу с этим поделать. У меня потребности, — жалобно сказала Чубби. — Мне нужно много питаться, потому что я быстро расту.»

«Я бы тоже не отказалась что-нибудь скушать, — поддержала ее Долли. — В последний раз мы рылись в отбросах уже довольно давно.»

«И что нам делать?» — вопросила Чубби.

«Мы поищем еду», — пообещал Мо.

Они старательно искали что-нибудь съедобное на всем протяжении пути. Им даже два раза попались урны, но в них практически не было ничего съедобного, и когда перевалило за полдень, все четверо щенков были страшно голодны.