– Уходи! – Она произнесла это одними губами, заранее сердясь на него, ибо чувствовала, что он не подчинится ее приказу.

Маура была проницательна.

Она проскользнула в толпу гостей, прокладывая дорогу к своим родственникам. Но отделаться от Эверода было не так-то просто, тем более что он еще не все ей сказал. Пробиваясь сквозь толпу, он уловил нарастающее веселье в той стороне, куда стремилась Маура.

Над морем причудливых перьев, драгоценностей и шелковых нарядов Эверод увидел двух джентльменов, которые высоко над окружающими вздымали на своих плечах Роуэна. У брата в одной руке была бутылка вина, в другой – бокал. Призывая всех к молчанию, он звякнул бокалом о бутылку.

– Прошу соблюдать тишину! – крикнул Роуэн, заглушая реплики заинтригованных гостей. – И слушать. – Его красивое лицо озарилось вдохновением, когда он заметил Мауру справа от небольшой группы людей, привлеченных его возгласами. – А вот и ты, дорогая! Иди же, иди ко мне! – И он простер к ней руку.

Эверод двинулся вперед, но замедлил шаг, когда увидел, как Маура озадачена и растеряна из-за того, что к ней привлечено всеобщее внимание. Он так сосредоточенно смотрел на Мауру, что не заметил двух джентльменов, намеренно загородивших ему дорогу.

То были Солити и Кэдд.

Оба они выглядели мрачными, что не предвещало ему ничего хорошего.

– Не надо! – От просьбы герцога, произнесенной очень тихо, волосы на затылке виконта зашевелились.

Его друзья что-то узнали. Что удалось им подслушать еще раньше, чем Мауру позвали к тетушке?

– Прочь с дороги! – прорычал Эверод, пытаясь обойти их. Если им так хочется подраться с ним в переполненном гостями зале, он к их услугам. Скандал, который неминуемо за этим последует, не слишком его заботил.

– Дело уже решено, – твердо сказал Кэдд, хватая Эверода за руку. Он мог бы дать маркизу пощечину за такую дерзость, если бы земля не ушла у него из-под ног от слов Роуэна.

– У меня есть новость, которой я хочу поделиться, и я не могу ждать, пока появится официальное объявление, – сказал брат, не сводя глаз с Мауры. – Поднимите же бокалы, друзья, и выпейте от всего сердца, ибо новость у меня радостная. С благословения обеих наших семей через четыре недели от сего дня мисс Кигли станет моей женой!

При этом возгласе Роуэна мисс Кигли, о которой шла речь, покраснела от гнева. Маура пыталась что-то сказать, но ее голос потонул в общем шуме. Со всех сторон слышались радостные восклицания и тосты, десятки доброжелателей торопились поздравить молодых.

Эверод стряхнул с себя удерживающие его руки Кэдда. Его огненный взгляд сверлил прекрасное лживое личико Мауры. Всего несколько часов назад она лежала в постели, утомленная и обессиленная их любовными играми. Раздвигая ноги, извиваясь и умоляя его утолить ее жажду, она шептала, что принадлежит только ему одному. Всего несколько минут назад там, в нише, она поклялась, что Роуэн не добьется ее согласия.

Она лгала.

Эверод не мог не заметить сходства между Маурой и ее тетушкой. Словно почувствовав его приближение, леди Уоррингтон подняла глаза, увидела ярость на его лице и улыбнулась.

Графиня торжествовала свою победу.

Стальные руки схватили его сзади. Эверод обернулся и набросился на Солити.

– Руки прочь!

– Ты же отомстил, – сказал ему герцог тихим напряженным голосом. – Отпусти ее. Она заслуживает того, чтобы устроить свою жизнь, выйти замуж за достойного джентльмена, который подарит ей дюжину детишек и постарается сделать ее счастливой. Если в тебе есть хоть капля нежности к этой молодой леди, ты уйдешь с ее дороги.

Нежности? Его чувства к Мауре были темными и изменчивыми, они возникали и тут же испарялись. При мысли о ней виконтом овладела тоска. В груди клокотало так, что он думал, легкие вот-вот разорвутся, а в мозгу роились обрывки лихорадочных, безумных мыслей. Солити полагал, что он отомстил Мауре и всему семейству. Друг ошибался. Измена Мауры вновь покачнула стрелку весов, и Эверод был преисполнен решимости ответить любезностью на любезность.

– Мы уйдем после того, как я провозглашу тост в честь будущих жениха и невесты, – сказал он, и губы его искривились в пугающем подобии улыбки. Ловко выскользнув из цепких рук Солити, виконт отошел в сторону, не обращая внимания на приглушенные ругательства друга.

Оказавшись лицом к лицу с Роуэном и Маурой, Эверод выхватил бутылку у одного из пирующих и поднял ее.

– Я тоже хочу предложить тост.

Лорд Уоррингтон незаметно приблизился и встал между сыновьями. Этот маневр свидетельствовал о том, что отец считает Эверода грубияном и драчуном.

– Эверод, у нас радостное событие, и нам не нужны твои пьяные разглагольствования.

Недобрый, пылающий ревностью взгляд виконта обратился на Мауру. Она, единственная среди присутствующих, смотрела ему прямо в глаза сквозь застилающие ее взор слезы. Упрямо вздернув подбородок, она изо всех сил старалась держать себя в руках. В ее лице читалось отчаяние обреченности, словно она знала, что он собирается сделать, но была бессильна ему помешать.