— Значит, ты слепец.

— Или, наверное, я всегда видел то, что ускользнуло от тебя. Вит заподозрил, что в словах друга есть доля правды. Но он ни за что бы не признался в этом, поэтому лишь хмыкнул в ответ.

— Мужчины не стали наперебой добиваться ее внимания, Вит, — сказал Алекс и добавил шепотом: — Но поверь мне, все может быть.

— Хватит и одного.

— Думаю, да, — согласился Алекс и ободряюще похлопал его по спине. — Я слишком надолго оставил свою жену. Постарайся не наломать дров, пока меня нет.

Вит едва заметил, что его друг ушел. Пока длился танец, он пытался собраться с мыслями. О чем он только думал, собираясь забрать Мирабеллу у Киттлсби на виду у всех? Так поступил бы импульсивный человек, а он, Бог свидетель, — не такой. Он — благоразумный, здравомыслящий, уважаемый пэр. Он не выставит себя на посмешище.

Она танцевала с другими и раньше, напомнил себе Вит. Мирабелла неглупа, остроумна, обаятельна и, когда во время лондонского сезона матери заставляли сыновей приглашать на танец менее популярных барышень, их выбор часто падал на нее. Раньше ему до этого и дела не было.

Но раньше она не принадлежалаему.

А теперь, черт возьми, все иначе.

Вит не был уверен, что это значит, зато был чертовски уверен, что не позволит никому ухаживать за ней, пока он разбирается в себе.

Он сжимал и разжимал кулаки и ждал, когда закончится танец. Как только музыка стихла, он подскочил к Мирабелле.

— Не хотите пройтись со мной по комнате, мисс Браунинг? Она в недоумении смотрела на него, ведь он даже не подождал, пока мистер Киттлсби проводит ее на место.

— О… э… — Она переводила взгляд с Вита на мистера Киттлсби и обратно. — Э… да. С удовольствием. Вы извините нас, не так ли, мистер Киттлсби?

— Конечно, — ответил молодой человек сдавленным голосом.

Мог и не утруждаться, ведь Вит уже исчез в толпе, утащив с собой Мирабеллу. Крепко сжимая ее локоть, он провел девушку сквозь толчею и вывел на террасу. Гостей там оказалось ничуть не меньше, чем в бальном зале.

«Проклятье».

— Что-то не так, Вит?

— Хочу, чтобы ты уделила мне минутку своего времени, — ответил он, обводя террасу взглядом.

— Что ж, ты своего добился. И достаточно грубо, могу сказать.

Он пропустил ее замечание мимо ушей и повлек в дальний конец террасы, который был не так ярко освещен.

— В последнее время ты что-то часто хватаешь меня за руку, — сказала она.

— Может, мне просто нравится прикасаться к тебе.

— Я… не стану ничего говорить на это.

— Можешь не говорить. — Он наконец нашел уединенный утолок террасы. — Вот мы и пришли.

— Это же неприлично.

— Ответь на мой вопрос, и я тебя отпущу.

Она сердито посмотрела на него.

— Не знала, что меня держат в плену.

«А неплохо бы», — подумал он и уклонился от ответа:

— Откуда у тебя это платье?

Она удивленно посмотрела на него, затем опустила глаза на свой наряд.

— Разве с ним что-то не так?

Он чуть не проговорился, что именно было не так: платье казалось ему великолепным. Она казалась в нем великолепной. Все мужчины в доме видели, что она красивая женщина в красивом платье. Однако ему хватило ума понять, что подобные упреки ни к чему не приведут… ни к чему хорошему, по крайней мере. И теперь, когда он увел ее из бального зала, пламя ревности превратилось в тлеющий костер, с которым он мог совладать. Вит глубоко вздохнул.

— С платьем все в порядке. — Испугавшись, что своим поведением натолкнул ее на мысль об обратном, он поспешно добавил: — Ты чудесно выглядишь.

И в сердцах выругался про себя.

— О! Спасибо. Рада, что тебе нравится. Я… — Она отвела взгляд и принялась теребить ленту на талии. — Я должна сказать… счет за него придет тебе. Так получилось. Платье купила Кейт, но оно ей не подошло, и она отдала его мне. Если хочешь я…

— Что мне до какого-то счета? — спросил он, оторопев. — Разве я раньше жаловался?

— Раньше? — Она покачала головой. — Не понимаю.

— Другие платья, — пояснил он. — Другие счета. — Он умолк, когда она снова покачала головой. — Их присылали не мне?

— Конечно, нет.

Вит задумчиво сдвинул брови. Он никогда не просматривал счета от модистки, он просто их оплачивал.

— Значит, твоему дяде?

— Нет, — ответила она и чуть приподняла подбородок. — Я сама плачу за наряды… обычно, во всяком случае. И если тебе это неприятно…

— Мне нет до этого никакого дела, — отрезал он.