— Вот-вот! — подхватила Тэлли. — Они такой ветрище подняли, что у меня чуть скайборд не унесло. А спальный мешок поднялся над землей и угодил прямо под лопасти винта. Одни клочья остались.

Ее обрадовало изумление на лицах ребят.

— И где же ты спала? — осведомился Крой.

— Не так уж было ужасно. Ведь я только… — Тэлли вовремя прикусила язык. На самом-то деле без спальника она провела всего одну ночь, но, по легенде, ей пришлось торчать на орхидейных полях целых четыре дня. — Было не так уж и холодно.

— Тебе бы лучше на ночь новым спальником обзавестись, — посоветовал ей Дэвид. — Тут у нас намного холоднее, чем среди цветов.

— Я ее отведу в обменник, — пообещала Шэй. — Это вроде центра приобретений, Тэлли. Только, когда что-то берешь, нужно что-то другое оставить взамен.

Тэлли неловко поерзала на скамье. Она еще не свыклась с мыслью о том, что тут за вещи надо платить.

— А у меня только «СпагБол».

Шэй улыбнулась.

— Это отличная штука для обмена. Мы тут обезвоженные продукты производить не можем — только сухофрукты делаем, а обычную еду брать в дорогу — морока жуткая. Так что «СпагБол» идет на вес золота.

После ужина Шэй отвела Тэлли к большому деревянному дому, стоящему ближе к центру поселка. Внутри на полках лежали разные вещи и продукты, сделанные в Дыме, но попадалось и кое-что, привезенное из городов. Городские вещи большей частью были старые, изношенные, потертые, латаные-перелатаные, а вот все, что было сделано вручную, зачаровало Тэлли. Она проводила кончиками еще не заживших пальцев по поверхности глиняных горшков и деревянных рабочих инструментов, поражаясь тому, что каждый из этих предметов на ощупь особенный, каждый имеет разный вес. Здесь все выглядело таким весомым и… серьезным.

В обменнике всем заправлял взрослый уродец, но он выглядел не так жутко, как Босс. Он выложил на прилавок шерстяные вещи и несколько спальных мешков из серебристой ткани. Одеяла, шарфы и перчатки были симпатичные, неярких цветов и с простыми узорами, и все это очень приглянулось Тэлли, но Шэй настаивала на том, чтобы Тэлли взяла себе спальный мешок городского производства.

— Он намного легче, а когда его сложишь — он совсем маленький становится. Это намного лучше, когда идешь в разведку.

— Конечно, конечно, — пытаясь улыбаться, кивнула Тэлли. — Вот здорово было бы!

В итоге она отдала двенадцать пакетиков «СпагБола» за спальник и еще шесть — за свитер домашней вязки. Осталось еще восемь пакетиков. Тэлли не могла поверить, что свитер — коричневый, с красными полосками и вышитыми зелеными буквами — стоит всего вполовину меньше старого спального мешка, покрытого заплатками.

— Тебе здорово повезло, что ты не потеряла водяной фильтр, — сообщила ей Шэй, когда они шли домой. — Фильтр ни на что не выменяешь.

Тэлли вытаращила глаза.

— И что бывает, если фильтр сломается?

— Ну… Говорят, можно из речки воду пить без очистки.

— Шутишь.

— Не-а. Очень многие из старожилов Дыма так и делают, — заверила ее Шэй. — Даже если у них есть фильтры, они не заморачиваются.

— Ничего себе.

Шэй хихикнула.

— Да-да, кроме шуток. Но если что, всегда можешь у меня взять фильтр.

Тэлли положила руку на плечо Шэй.

— А ты — у меня.

Шэй пошла медленнее.

— Тэлли?

— Что?

— Ты собиралась мне что-то рассказать — когда мы были в библиотеке, перед тем, как на тебя заорал Босс.

У Тэлли противно засосало под ложечкой. Она отстранилась, ее рука непроизвольно потянулась к висящему на шее медальону.

— Вот-вот, — сказала Шэй. — Что-то насчет этого сердечка.

Тэлли кивнула, но она не знала, как начать. Она до сих пор не активировала медальон, а после разговора с Дэвидом уже не знала, сможет ли это сделать. «Может быть, вернусь в город через месяц, голодная, ни с чем, и доктор Кейбл надо мной сжалится».

«А если не сжалится? Если выполнит свое обещание, и я навсегда останусь уродиной? Пройдет лет двадцать, и я вся покроюсь морщинами, стану отверженной, такой же страшной, как Босс. А если я останусь здесь, в Дыме, то мне придется спать в старом спальном мешке и со страхом ждать дня, когда сломается мой водяной фильтр».

Она так устала всем врать.

— Я тебе не все рассказала, — выговорила она.

— Знаю. Но я, кажется, догадалась.

Тэлли смотрела на подругу, боясь вымолвить хоть слово.