Керин долго и внимательно смотрел ей прямо в глаза, пока девушка не покраснела и не отвела взгляд. Тогда он взял её за руку и повёл за собой.

— Куда мы идём? — спросила Виктория.

— Я просто хочу показать тебе Блунквилль, — ответил Керин. — Тебе здесь нравится?

Они прошли через арку во вторую комнату, потом в третью, а после пересекли ещё целую вереницу подобных помещений. Большая часть дверей казалась запертой, но некоторые были полуоткрыты. Несколько раз Виктории удалось заметить странные тени в тех комнатах, но что именно там находилось, понять она не смогла.

— На самом деле мне здесь не очень нравиться, — честно ответила девушка. — Здесь, конечно, красиво и иногда очень роскошно, но знаешь как-то… Мрачно что ли… Уныло…

— Да, радость в этом месте не живёт… — согласился с ней Керин.

— Так тебе здесь тоже не нравится? — повернулась к нему Виктория. — Тогда почему же ты тут остаёшься? Ты можешь уйти отсюда. Если ты поможешь выбраться мне и Мэтту, мы возьмём тебя с собой в Лили Пэрл. Мэтт хочет…хотел…хочет устроиться там на работу. Ты когда-нибудь был в Лили Пэрл?

Керин снова улыбнулся и покачал головой.

— Нет, я никогда не был в Лили Пэрл. И, к сожалению, уже не побываю.

— Почему нет? — удивилась Виктория. — Почему ты не можешь уйти отсюда?

— Никто не может уйти от себя.

— От себя? — повторила девушка. — Я… Прости, но я не понимаю…

Керин не стал объяснять. Они как раз миновали коридор с дверями и вышли на просторную лестницу с сотканным из разноцветных квадратов ковром и тонкими металлическими периллами. Юноша потянул свою спутницу вверх. Они в молчании поднялись на несколько пролётов, прошли через стеклянные двери и оказались в огромных размеров зале с зеркальным полом и высокими окнами. За окнами стояла такая тьма, словно они были занавешены плотными чёрными шторами.

— Странно! — удивилась девушка, кивая на окна. — А я думала, что сейчас утро.

Керин тоже посмотрел в их сторону.

— Где-то сейчас утро, где-то ночь. Здесь может быть любое время суток и любое время года.

— Так не бывает! — быстро возразила Виктория.

— Здесь — бывает! — ответил ей Керин.

— Но почему? Разве время не везде течёт одинаково?

— Нет, только там, откуда ты пришла, — Керин указал рукой в неопределённую сторону. — Здесь времени нет вообще, поэтому оно может быть каким угодно.

— А от чего это зависит? — поинтересовалась девушка.

— От разных вещей, — объяснял юноша, ведя её в противоположный конец залы, где были ещё одни стеклянные двери, меньше и изящней первых, ведущие, очевидно, на балкон. — Чаще всего от самого Блунквилля. Иногда от графа. Иногда от меня. Временами даже от тех, кто тут обитает. — Керин повернул к Виктории лицо, и уголки его губ обозначились улыбкой. — Так что теперь, может быть, это будет зависеть и от тебя тоже.

Он распахнул дверцы и пропустил Викторию вперёд. Девушка помедлила: маленький балкончик с каменными перилами, переплетёнными лозами дикого винограда, утопал в темноте. Керин легонько подтолкнул её и шагнул следом. Тут было так мало места, что они еле умещались вдвоём.

— И что здесь интересного? — спросила Виктория, бессмысленно пялясь в окутывавший их мрак. — Ничего не видно.

— Ты просто не умеешь смотреть! — отозвался Керин.

Он поднял руку и простёр её вперёд, во тьму. И тут произошло чудо. Где-то внизу вспыхнул свет; он был тихий, неяркий, чуть мерцающий, как свет затухающей свечки. Поднимаясь всё выше и выше, этот свет разгорелся и постепенно заполнил собой всё пространство вокруг. Виктория ахнула от изумления, когда её взору предстала необыкновенная панорама, открывающаяся с балкона.

Там, внизу, далеко-далеко, раскинулась долина, простирающаяся на сколько только хватало глаз. Блунквилльский замок, окружённый шпилями и башнями, взмывал высоко в поднебесье, а нижние этажи его цеплялись за уступы скал, теряясь в ущелье. Прямо перед замком искрилось озеро с такой голубой и сияющей водой, что на неё было больно смотреть. Над водной гладью медленно плыл серебристый туман. Дальше, за озером, начинался пологий спуск с высокой сочной травой, поблёскивающей росинками, но он то и дело пересекался зарослями кустарника или пролесками. В одном месте деревья расступались, образуя опушку, а на ней стояла косая хижинка, окружённая изгородью из прутьев, и вокруг петлял ручей.

Почти на самом горизонте высилась каменная крепость с чернеющими в стенах окошками бойниц, а дальше частоколом вставали остроконечные скалы с заснеженными вершинами, подножия которых лизали морские волны, оставляя белую пену на серых камнях. Край моря терялся во мраке.

Виктория подняла голову и посмотрела наверх. Неба над замком не было: высоко-высоко над ними нависал непроницаемо чёрный купол туч, в котором клубились золотистые облака и иногда вспыхивали стрелы серебряных молний. От восторга у неё перехватило дыхание.