– Ты с ума сошел?! – заорал подбежавший Тавров, хватая меня за руку. – Неужели в голову попал? Так и все мозги выбить можно!

– Да я ни разу в него не попал! – заверил я. – Это он перепугался. Слышь, мужик! Ты живой? Вставай давай. Только без глупостей, а то я нервный, точно тебе мозги вышибу.

Тем временем Тавров быстро прошел в ту часть подвала, куда так упорно и безуспешно стремился незнакомец: к низенькой двери, которую мы полагали заваленной. Сейчас я увидел, что дверь распахнута и за ней зияет черный неосвещенный проход. Тавров подошел к двери, захлопнул ее и закрыл на засов. Тем временем человек поднялся и теперь стоял, подняв руки и с опаской поглядывая на револьвер в моей руке.

– Хм… – задумчиво произнес Тавров, вглядываясь в незнакомца. – Вот уж не ожидал увидеть вас здесь среди ночи. Здравствуйте, Аркадий! Слава, разреши представить тебе, как это говорится, «гражданского мужа» Вероники Павловны Соколовой, господина Вахрушина!

– Вы не понимаете, – глухо проговорил Вахрушин. – Отпустите меня. Речь идет о жизни и смерти Володи Соколова.

– Вы забыли упомянуть еще троих, – напомнил Тавров. – Еще трое пропали вместе с Володей Соколовым.

– Об остальных я ничего не знаю, – ответил Вахрушин. – Я так понимаю, что это Лаврушин и Порхов. Но что с ними, я не знаю. А кто третий?

– Вот как? – нахмурился Тавров. – Дело обстоит хуже, чем я предполагал. Ладно, разберемся позже. А сейчас, господин Вахрушин, я хотел бы узнать: что вас привело сюда среди ночи, да еще столь экзотическим маршрутом?

– Давайте не будем задерживать Аркадия, господа! – раздался вдруг голос за нашими спинами. Я оглянулся и увидел Соколову с «Сайгой» двадцатого калибра в руках.

– Господа, медленно положите пистолеты на пол и отойдите к двери, – предложила Соколова, целясь в меня. Это было очень неприятно лично для меня, но в то же время весьма логично: ведь Тавров находился дальше. Я взглянул на Таврова: тот медленно наклонил голову и так же медленно, присев, положил свой «Т10» на пол. Точно так же я поступил с «Ратником». Мы отошли к низкой двери, а Вахрушин подобрал оба наших ствола.

– Вот и разгадка, – пробормотал я.

– Какая еще разгадка? – вполголоса спросил Тавров.

– Когда мы уходили из подвала, эта дверь была заперта на засов изнутри, – пояснил я. – А ночью Вахрушин проник сюда именно через эту дверь. Но как же задвижка? А-а, понятно: пока мы шли из подвала в комнату видеонаблюдения, Вероника Павловна спустилась в подвал и отодвинула засов на двери. Так ведь, Вероника Павловна?

– Бросьте болтать! – велела Вероника Павловна. – Лучше подайте мне чемодан. Нет, не вы, а Тавров!

Тавров сделал пару шагов, присел возле чемоданчика и вдруг поднял его крышку.

– Эй! Что вы делаете?! – угрожающим голосом вскричал Вахрушин.

– Просто смотрю, из-за чего столько шума, – отозвался Тавров, изучая содержимое чемоданчика.

– То, что в чемодане, должно спасти жизнь моего сына, – холодно сообщила Соколова.

– Вот как? – усмехнулся Тавров. – В первый раз слышу, чтобы обрезком водопроводной трубы можно было кого-нибудь спасти!

– Что?! – дружно вскрикнули Соколова и Вахрушин. Вместо ответа Тавров перевернул чемоданчик вверх дном, и на пол со звоном действительно выпал обрезок водопроводной трубы.

– Похоже, кто-то уже похозяйничал в чемоданчике за вас, – заключил Тавров. Раздался металлический звук падения: это Соколова выронила из рук «Сайгу», и Вахрушин едва успел ее подхватить.

– Ваши штучки? Вы за это ответите! – злобно прошипел Вахрушин и пару раз хлестнул Соколову по щекам, приводя ее в себя. – Немедленно верните артефакт!

– Я бы и рад, да только не знаю, что вернуть! – развел руками Тавров. – Я ничего не брал и даже не смог вчера найти ваш тайник.

И Тавров кивнул в сторону небольшого отверстия в стене. Именно на него и смотрела установленная в подвале камера.

– Поздравляю вас: тайник был замаскирован на славу! Вот только, как выяснилось, слишком много народа знало о нем, – внес я свои пять копеек сарказма.

– Господи, что же делать! – простонала Соколова, повиснув на плече Вахрушина. Она зарыдала и сейчас совсем не была похожа на хладнокровную и уверенную в себе бизнесвумен. Вахрушин, обняв ее, гладил по голове и шептал какие-то ласковые слова.

– Значит, так! Предлагаю пройти в гостиную и там поговорить начистоту! – решительно предложил Тавров. – Чем скорее вы расскажете правду, тем быстрее мы наметим план совместных действий.

– Лучше пройти в комнату видеонаблюдения, – возразил я. – Там мы не потревожим прислугу и никто не подслушает разговор. Я так понимаю, что у Вероники Павловны и Аркадия Петровича есть немало тайн.

– Идем, Ника, и сделаем то, о чем они просят, – мягко предложил Вахрушин Соколовой. – Видишь, что наш план рухнул. Кто-то обвел нас вокруг пальца. Лаврушин и Порхов исчезли. Нам не обойтись без помощи профессионалов.

Он повернулся к нам и решительно сказал:

– Идемте, господа! Мы готовы рассказать вам все!