Рванув молнию на своих джинсах, атлет сдернул с Нины трусики.

— Браво! — раздался насмешливый женский голос. Вячеслав вскочил. Судорожно одернув юбку, поднялась и Нина.

— Какого черта?! — зло закричала она.

— Я не думала, что ты так занята, — с издевкой сказала стоящая в дверях стройная блондинка.

— Что тебе надо? — рванувшись к ней, прокричала Нина.

— Спокойно, — остановил ее равнодушный голос стоящей у двери блондинки. — Морду набить я тебе успею. А сейчас поздоровайся с отцом. А ты, Ромео, — язвительно посоветовала она атлету, — застегни ширинку и исчезни. И прими добрый совет. Ищи утешение своим скотским страстям на панели!

Вячеслав хотел что-то сказать, но, услышав негромкое покашливание в двери, испуганно взглянул на побледневшую Нину и бросился к другой двери.

— Папа, — сказала Нина, — ты приехал? Но зачем? Я же сказала, что все сделаю!

— Именно поэтому я здесь, — холодно ответил пожилой мужчина. За его спиной стояли трое крепких парней.

— Я тебя не понимаю. — Нина хотела шагнуть навстречу отцу, но запуталась в спущенных трусиках и пошатнулась. Взмахнув руками, сумела удержать равновесие. Присела, подхватила трусики и, поднявшись, надела.

— И это моя дочь — презрительно пробормотал мужчина.

— Успокойтесь, Илья Сергеевич, — засмеялась блондинка. — Истории известны случаи, когда даже королевы ради своей женской прихоти ложились под шутов.

— Слушай, ты! — закричала Нина.

— Это ты слушай! — загремел Илья Сергеевич. — Кто и почему убил Задворского?!

— Вьюн о нем дал Фомину показания, — не сводя яростного взгляда с улыбающейся блондинки, ответила Нина.

— А почему не убрали Фомина? — уже тише спросил мужчина.

— Черкесы согласились на убийство уголовника только в случае смерти Задворского. К тому же убийство Фомина нам невыгодно. — Увидев, что отец удивился, негромко добавила: — Ведь именно он арестовал Психа на квартире Сушко.

— Да, — подняв телефонную трубку, ответил невысокий гибкий парень. Немного послушав, кивнул: — Хорошо. Я передам.

Положив трубку, обратился к сидевшему на кресле-качалке плотному человеку лет сорока пяти:

— Задворский убит людьми Нины Павловны.

— Отлично, — тот довольно потер руки. — Старик узнает — его инфаркт хватит, — пригладив пальцами небольшие светлые усики, рассмеялся. Затем, оборвав смех, зло проговорил: — Зови Глыбу. Пора за это дело всерьез браться.

Нервно покусывая губы, Катя почти с ненавистью смотрела на телефон.

— Что с тобой? — спросил вошедший в комнату Киборг.

— Его так и не нашли! — взволнованно ответила она. — Он, наверное, уже в Москве. Он убьет меня!

— Для этого ему надо будет перешагнуть через мой труп, — усмехнулся Киборг. — А это сделать совсем не просто.

— Ты его не знаешь! — закричала Катя. — Он может все! И перешагнет через десятки трупов!

— Ты думаешь, он сумеет справиться со мной? — засмеялся бритоголовый. — Запомни: те, кто так считал, были не чета твоему уголовнику, но давно сгнили. Неужели ты думаешь, я отдам ему тебя? Ты моя! И всегда будешь моей! — Он подошел к Кате и положил руки на ее крутые бедра. — Не бойся, я не дам тебя в обиду.

— Милый, — томно прошептала Катя. — Родной мой Миша. Когда ты рядом, я никого не боюсь. Ты самый сильный, самый желанный.

Они слились в долгом поцелуе. И если глаза мужчины были сладостно закрыты, то женские искрились насмешливым торжеством. Но ее голос не выдавал истинных чувств.

— Я люблю тебя, — страстно шептала она. — Ты мой единственный. Желанный.

— Я тоже люблю тебя, — прерывисто дыша, прохрипел Михаил.

Услышав, как в замке дважды щелкнул ключ, Таня прикрыла спящую дочь и метнулась к двери. Подбежав к вешалке, достала из кармана своего пальто пистолет и под звук открывшейся двери щелкнула предохранителем. Увидев вошедшего мужа, облегченно вздохнула и сунула «Макаров» обратно. Подойдя к ней, майор поцеловал жену в губы.

— У тебя все хорошо? — Она положила руки на его сильные плечи.

— Задворского убили, — вздохнул тот. — И урку, который против него показания дал, тоже. Я приехал в тюрьму, а мне оперативники сообщают. Вьюн — это его кличка — со вторых нар на бетонный пол вниз головой прыгнул. И сокамерники в один голос то же твердят.

Отступив на шаг назад, Таня внимательно посмотрела на мужа.

— А ты вроде даже рад этому? — тихо спросила она.

— Я — рад? — притворно возмутился Фомин. И, тут же рассмеявшись, обнял ее за плечи и притянул к себе. Ты права. Я доволен, что мне не пришлось заводить дело против Задворского.