– Ты думаешь, связь наша будет короткой?
– спросил он.

– Прекрасные вещи недолговечны, - ответила она, и его очень удивила внезапная печаль, омрачившая ее лицо.

Следующий урок состоялся на рыбацком суденышке, одном из тех, которые нанимают богатые спортсмены Майами, чтобы половить рыбу в открытом море. Вышли на простор Мексиканского залива, и одноглазый эстет Родольфо, сопровождавший Марио, посвятил его в некоторые секреты путешествия:

– Это судно перевозило много раз оружие в соседние республики. Мы открыто притапливаем оружие в международных водах на соответствующих буях. Затем приходят заинтересованные лица и его собирают. Но сегодня мы чистые. Если нас остановит катер погранохраны, не бойся. Это ты, Марио Паганини, нанял рыболовный катер, чтобы насладиться ловлей меч-рыбы...

Патрульный катер появился очень скоро и перерезал путь, дав предупредительную очередь из своего пулемета, затем пришвартовался к ним. Вышел офицер с двумя вооруженными пограничниками, устроил тщательный осмотр и выглядел очень огорченным тем, что ничего не нашел. «Это наш человек. Он нас уведомил, чтобы мы вышли пустыми в море, когда в его руки по официальным каналам попало сообщение грязного предателя», - сказал Родольфо. «А кто предатель?» - спросил Марио. «Только что его имя мне шепнул на ухо наш добрый пограничник, - скрипнул зубами одноглазый.
– Не беспокойся, я ему покажу...»

Больше он ничего не объяснил, но когда наступила ночь, послышалась сирена судна, звучащая торжествующе. Марио в это время ел у себя в каюте. Он выглянул в иллюминатор и увидел ужасающее зрелище. В центре серебряного пятна, создаваемого лучом корабельного прожектора, в темном бурном море тонул человек, привязанный веревкой, которую держал один из членов экипажа. Человек напрасно кричал, чтобы его вытащили. Судно делало круги, и он все время находился в движущемся центре круга. «Что происходит? Почему вы его не вытащите?» - крикнул Марио Родольфо, который вошел с безразличным видом в каюту. «Это помощник механика. Тот, кто нас заложил!
– сказал Родольфо.
– Мы его привязали за веревку, которая используется для безопасности, когда моряки красят борта корабля... Мы не хотим, чтобы его совсем отобрали акулы. Что-то мы должны представить властям и его семье. Пусть даже скелет...»

Акулы появились, когда море наполнилось приманкой из меч-рыбы, которую в изобилии бросали за борт четыре человека из мафиозного экипажа. Марио отошел от иллюминатора, чтобы не видеть черных молниеподобных плавников, которые, как винты корабля, перемалывали окровавленную воду. «Ты должен стать жестоким! Это указание падроне. Беда, если ты не научишься наказывать как следует предателей...» - пожурил его за малодушие Родольфо, но с уважением дворцового педагога к своему царственному ученику.

Третий урок был на самом высоком научном уровне, когда в «Черный дом» отец вызвал ректора университета одного из штатов.

– Хочу побеседовать с ним относительно твоего высшего образования. Это наш малый. Я ему помогаю со студенческой скамьи, и мне он обязан своим крутым восхождением в профессорской иерархии...
– пояснил он Марио.

Они ужинали втроем в парадной столовой, антикварные вещи которой - мебель, хрусталь, фарфор и золотые сервизы - могли бы заполнить целый зал музея. Ректор был очень молод для своего сана, моложе сорока, но его серебряные волосы и золотые очки прибавляли достаточно каратов авторитета к его облику. Это не мешало отцу называть его «болваном», когда он с ним в чем-то не соглашался, и «образованным дураком» - в случае, когда разногласия превышали пределы терпения падроне.

– Значит так, Чарли, - сказал он ему ультимативно между сыром и грушей.
– Вот Марио, единственный сын Игнацио Паганини. Я хочу, чтобы ты дал ему хороший диплом и звонкий титул... Но быстро!

– Есть трехлетнее отделение на кафедре сравнительной межпланетной социологии, - отозвался тот с глубокомысленной готовностью.

– Ты имеешь в виду, что он потратит три года своей молодости на вонючий диплом профессора? Сын Игнацио Паганини? Ты должен быть совсем пустоголовым, Чарли, чтобы не понять, что мы хотим диплом сейчас. Немедленно!

– Как прелестно ты это говоришь, падроне... Как прелестно, - рассмеялся этой шутке Чарли. – Нужно учиться, чтобы получить диплом... Это всем полагается...

– Но не сыну Игнацио Паганини!

– То есть?..

– Сначала он станет профессором, а затем прослушает и несколько курсов, если ему захочется, - пояснил он.

– Как прелестно ты это говоришь, падроне... Как прелестно! В конце концов это не зависит только от моего благого желания. Существует и Ученый совет...

– А ты их уговори... Иначе я их уговорю, организовав с моими людьми из прессы какой-нибудь студенческий беспорядок... Мы ваш университет превратим в пепел. А у кого вы попросите денег, чтобы его вновь отстроить? У меня...

– Но существует и министерство, которое санкционировало трехгодичную программу кафедры... Как мы его убедим? Это невозможно.

– Итак, у вас нет никакой другой кафедры, с меньшим сроком обучения...

– Нет, падроне...

– Тогда создайте... Пораскинь мозгами, чтобы найти подходящую, которая готовила бы профессоров в течение месяца... Для чего тебя учили столько времени?..

– Как прелестно ты это говоришь, падроне... Как прелестно... Если мы и создадим что-либо подобное, вся Америка прибежит получить диплом профессора одним махом. Как будто это водительское удостоверение...