«За тобой? Придурок! Тебя что, не учили, как конвоировать незнакомцев?»

Хмурый пошел за ним. На ходу он проверил ножи под рукавами. Они были готовы к работе.

— Расскажешь все офицеру. Через казарму идти тихо. Там люди спят с дежурства. К вам вертолет улетел с тремя нашими.

— Сбили ваш вертолет.

— Как сбили? — Хмурый налетел на остановившегося пехотинца.

— Как, как. Переносным комплексом. Хрясь и в щепки.

— Да что у вас там?

— Бой у нас там. Помощь нужна.

— Все расскажешь офицеру. А теперь тихо.

Они подошли к двери. Должно быть это был вход в казарму. Пехотинец открыл дверь и они тихо пошли вдоль рядов коек.

«Трое тю-тю. Остается тринадцать. Четверо на улице. Итого, пока девять».

В конце казармы была дверь, около которой стоял стол. За столом сидел дневальный. Они подошли к дневальному. Хмурый повернулся к провожатому и постучал ладонью по своему левому запястью. Тот поднял подбородок, мол, не понял. Хмурый быстро резанул ножом по горлу и, не останавливаясь воткнул его в глаз дневальному. Левой рукой он подхватил падающую винтовку, а правой хрипящего пехотинца. Посадил его у стены. Окинул взглядом казарму. Все тихо! Он поднял за волосы голову дневального и вынул из его глаза свой нож. Вытер о спину дневального.

«Теперь каждому спящему за ухо и к офицеру за помощью».

Он насчитал семерых.

«Значит с офицером было семнадцать. Идем к офицеру. Берем винтовку LR300. Хорошее у них снабжение. Открываем дверь. Бегом к офицеру. Прикладом в лоб. Теперь связать и пока не очухался, порыться в ящиках».

Он выдернул шнурок из офицерского ботинка и связал ему руки за спиной. Открыл дверцу тумбы стола.

«Первый ящик. «Пустынный Орел». В карман. Три магазина. В карманы. Второй ящик. Шоколад. В карманы. Третий. Журналы. Ящик под столешницей. Бумаги. На стол! Открываем шкаф. Противогаз, патроны, аптечки. Все. Гусь зашевелился. Бумаги за пазуху».

Офицер открыл глаза и что-то сказал.

— Если ты не говоришь по-русски, то я тебя прирежу. — Хмурый достал нож.

— Я говорю по-русски. Я изучал русский язык.

— Это очень хорошо. Сейчас ты меня проведешь в сектор «Х».

— Нас не пустят в сектор «Х».

— Мы подойдем к сектору, ты скажешь, что поймали новый вид мутанта. Главное, чтобы нам открыли дверь. Если не откроют, то я буду вынужден убить тебя.

— Хорошо. Я согласен.

Они вышли из кабинета и прошли через казарму. Потом поднялись на второй этаж и подошли к двери с литерой «Х». Офицер нажал на кнопку звонка. Немного погодя, с той стороны двери послышался вопрос. Офицер что-то ответил. Оттуда раздался раздражительный возглас. Офицер стал долго что-то объяснять и наконец, за дверью, стали открывать замок.

Дверь чуть-чуть приоткрылась. Хмурый врезал по ней ногой. Цепочка лопнула, дверь распахнулась, сбив с ног того, кто был за дверью. Он вошел сам и втащил офицера.

— Когда смена караула?

Офицер посмотрел на часы и сказал:

— Через полтора часа.

Хмурый ткнул ему ножом за ухо и опустил на пол у стены. Сбитый дверью зашевелился. Хмурый сел около его головы, держа в руках нож.

Ботаник открыл глаза и что-то спросил.

— Я не понимаю по-английски. А если вы не говорите по-русски, то будем считать, что вам не повезло. — Он приставил к горлу ботаника нож.

Тот шумно сглотнул загустевшую, вдруг, слюну.

— Я говорю по-русски. Мы специально изучаем ваш язык.

— Как с вами все-таки легко работать. Ты покажешь мне весь сектор «Х» и компьютеры. Вставай и пошли. Сначала в комнату твоих коллег.

Ботаник пошел вперед, постоянно оглядываясь, словно надеялся, что его спутник испарится. Этого не произошло. Они зашли в комнату в которой находились еще трое ученых. Здесь же были компьютеры.

— Господа ученые! Попрошу минутку внимания! Вы все арестованы!

Хмурый согнал обалдевших ученых и стал их связывать проводами, которые выдергивал из всевозможных приборов. Закончив со связыванием, он задал всем вопрос:

— Где находятся диски, флэшки, дискеты и прочие носители информации?

Ученые переглянулись. Потом, самый молодой из них, слегка кашлянув, сказал:

— Но это очень секретная информация. Мы обязаны связаться с нашим командованием. А потом! Молодой человек! Русские дали нам карт-бланш на исследования. Может произойти международный скандал. Ваши действия не правомочны.

— Запомни, сын! Ты Русич! Не русский, а Русич! Русский — это значит чей-то. А ты сам, ты свой. И больше ничей. Ты можешь соблюдать чужие традиции или законы, но, при этом, принадлежать только себе. Единственный, для кого мы, Русичи, живем, это Род! Умер Род — умерли все! Живет Род — мы все бессмертны. Я не мастер говорить, я простой инструктор рукопашного боя. Я привык показывать, а не рассказывать. Давай сделаем так. Произнеси, про себя, несколько раз: «Я русский». Давай.