Все захохотали.

— Все! Всем готовиться. Имар! Пойдем, покажешь площадку.

Они пошли смотреть площадку для вертолетов, а остальные отправились в казарму переодеваться.

Площадка была метров двадцать на двадцать. Хмурый, уже накинувший маскхалат, выбрал небольшое углубление.

— Пожалуй вот здесь вот, будет в самый раз. Пойду, отдам бразды Лису и потом залягу. Все в твоих руках, Имар. Зона многое не прощает, но и за многое награждает. Ты над этим подумай. Надеюсь, что я в тебе не ошибся. Пошли. Пора начинать.

Они пошли назад, на базу. Лис переодевался в казарме. Хмурый подошел к нему.

— Лис. Остаешься за старшего. Я сейчас пойду, залягу. В случае чего, не торопись, сначала подумай хорошенько.

— Не лечи меня, Хмурый. Я все-таки капитан разведки. Да и Проныра воевал. Так что сразу не запаникуем.

— Если что, прячьтесь в бункер. Сразу вас там не накроют, а меня не заметят. Ну а я, что-нибудь придумаю. Но это в случае явной опасности.

— Я все понимаю. Захват вертолета не сбор грибов.

— Тогда я пошел.

— Давай.

Хмурый вышел из казармы. Он шел медленно, Проигрывая в уме возможные варианты недалекого будущего. Подойдя к углублению, в которое решил залечь, он начал осматривать местность. Если вертушка сядет к базе левым боком, что вероятнее всего, то в этом случае, он будет находиться ближе к хвосту. Заметить его будет трудно. Но если, она, вдруг решит сесть правым бортом, тогда он будет на виду у пилота.

— Значит, — он заговорил вслух, — придется стрелять в пилота. Стекло на вертушке должно быть пуленепробиваемое. Значит вставляем обойму бронебойных. Стрелять будем после того, как десант пройдет половину пути до ворот.

Он вынул нож и стал углублять выемку в земле. Под ноги вырыл что-то наподобие норы, чтобы зажать маскхалат. Потоки воздуха, от винта, могли сорвать халат.

Покончив с земляными работами, он лег на правый бок, зажав маскхалат ногами, а край капюшона, зажав зубами. На виду остались глаза, глядящие из прорези. «Винторез» он замотал в халат с таким расчетом, чтобы его можно было легко достать. Теперь ждать.

Абориген с Боровым переоделись, сделали себе перевязку, имитирующую ранения и встали у ворот. Проныра притащил один труп к люку и уселся рядом с ним, ожидая гостей. Лис с Имаром спустились в бункер.

Они вошли в кабинет Имара. Тот сел за стол и вынул из ящика тумбы передатчик.

— Больно мелкий. — Лис посмотрел недоверчиво на мобильную рацию.

— Зато мощный. Последние разработки.

— Мы, наверное, у тебя его конфискуем. На сколько берет?

— На тридцать километров.

— Вещь!

— Да! Вещь! На, возьми.

— А это что?

— Электронный переводчик. Будешь контролировать мой разговор. Сейчас отрегулируем. Прием сделаем на голос, а перевод будет письменный. Проверь.

Лис взял переводчик в руки и стал смотреть на экран. Имар сказал фразу, Лис прочитал перевод и утвердительно кивнул головой.

— Вообще-то у меня мандраже было. Это Хмурый, поверил и забыл, что вы по разные стороны баррикад. А у меня так не получается.

— Я сделаю все, что смогу. Не переживай за меня. Я решил сжечь мосты. Другое дело, поверят ли мне? Как служака, я их не удовлетворяю. Да и национальность.

— Что-то проблемами запахло. Ладно. Давай начинай. Раньше сядем, раньше выйдем.

Имар включил передатчик и начал работать. Лис следил за текстом.

Закончив сеанс связи, Имар выключил рацию и отдал ее Лису. Тот уложил ее, вместе с переводчиком, в свой ранец.

— Ну что, натовец? — Он хлопнул Имара по плечу. — Работаем?

Настроение Лиса, перед боем, заметно поднялось.

— Странные вы, русские, опасности радуетесь.

— Не опасности, а жизненному экзамену. Сдадим, значит опытнее станем. Учись, студент! Ты сам-то кто?

— Полукровка.

— Это по вашему. Я не негр, а афро-американец. Я тебе так скажу. Если в тебе есть русская кровь, то ты русский. Наши гены всех перебивают. И наши предки это знали. Они из пленных, рабов не делали. Давали надел, бабу и живи. А твои дети, уже считались русичами. Вот такие пироги. Ладно. Пошли. Скоро гости пожалуют.

Лис пошел к воротам, а Имар остался у люка. Он стал смотреть в небо, держа в руках ракетницу.

Вертолеты появились с северо-западной стороны через двадцать минут. Лис посмотрел на них и стал открывать ворота.