— Все это плохо, — нарушил молчание Экселенц.

— Что именно, шеф? — поинтересовался я вкрадчиво.

— Все! Прежде всего результаты расследования. Но и твой должник, Абалкин, меня совсем не порадовал.

— Почему — должник?

— Потому что ты ему жизнь спас, — буркнул Экселенц. — «Здесь, у самой кромки бортов, друга прикроет друг…» — фальшиво пропел он. — Ладно, вернемся к делу. Твоя новая командировка на Саракш — вопрос решенный. Гипотеза Бромберга, при всей ее безумности, показалась Суперпрезиденту не лишенной здравого зерна, тем более что существует немало косвенных данных…

— Генетическая идентичность землян и гуманоидов, например, — вставил я.

— В том числе и это, — нехотя согласился он. — Не отвлекайся! Итак, нам нужен, как говорят пандейцы, свой глаз в Островной Империи. Персонал КОМКОНа-1 для такой миссии непригоден. Прогрессоры нацелены на другое. Нужен человек, сочетающий в себе качества прогрессора и контактера. И этот человек — ты. Разумеется, у тебя будет прикрытие. Пароли и адреса прогрессорских явок. Но учти — в центре Империи ни один землянин еще не бывал. Поэтому, если ты туда попадешь, тебе придется полагаться лишь на себя. Действуй по обстановке. В критических ситуациях поступай по своему усмотрению. Индульгенцию у Совета я тебе вытребовал. По возвращении пройдешь обычную процедуру рекондиционирования… И не морщись! Мне не нужен здесь еще один «имперец» на грани психоспазма. Вопросы есть?

— Приоритеты? — спросил я и увидел одобрение в зеленых глазищах шефа.

— Во-первых, выяснить подлинные обстоятельства гибели Тристана, — сказал Экселенц. — Это дело пора закрывать. Во-вторых, собрать новейшую информацию о Побережье, в пределах военной зоны. Фиксируй все, на что взгляд упадет, но специально не рыщи. Ну, и в-третьих, попытайся проникнуть в глубь территории Империи. Поскольку относительно реалистичным представляется решение только задачи А, модельное кондиционирование разработано именно под нее. Задача Б может быть решена лишь в случае исключительно удачного стечения обстоятельств. Задачу В следует рассматривать скорее как фантастическую.

— Но при большом везении стоит попытаться, — сказал я.

— При чертовски большом везении, — уточнил он.

— Когда отбытие?

— Послезавтра отправляешься на Алмазные пляжи, — сказал шеф и присовокупил с внезапным ожесточением: — С нами явно кто-то заигрывает, пора дать шалопаям по рукам.

— Даже если это Странники? — задал я наивный вопрос.

— Даже если это черти с рогами! — отрезал Экселенц. — И еще, — добавил он таким тоном, что в груди у меня похолодело. — Ты собираешься искать в Империи следы своего гипотетического сына? Так вот, поиски не разрешаю. Ты меня понял, Мак?!

Аленина ладонь, теплая и немного шершавая, лежала у меня на глазах, и больше мне ни до чего не было дела. Я чувствовал горько-соленый запах морской воды, орали спросонья чайки, и пляжная галька колола затылок. Лежать было жестко и неудобно, шея затекла, но я не двигался, слушая тихое, ровное дыхание жены. Я улыбался и радовался темноте, потому что улыбка была, наверное, до неприличия глупой и довольной.

— Славное местечко этот Партенит, — сказала Алена. — Почему мы здесь никогда раньше не были… Даже возвращаться не хочется.

— А ты не возвращайся, — сказал я. — Здесь и в самом деле хорошо.

— А ты? — спросила она. — Ты же не останешься?

— Увы мне…

Я снял ее руку с глаз и положил себе на губы. Теперь я видел небо — южные звезды соперничали в блеске с яркой, как полированная медь, луной. «Идет, блистая красотой тысячезвездной ясной ночи, в соревнованье света с тьмой изваяны чело и очи…»

— Между прочим, твой обожаемый шеф мог бы дать тебе отпуск. — Алена отняла руку и добавила: — После всего, что с тобой произошло…

Я сел и с наслаждением принялся растирать затекшую шею.

— Да ничего особенного со мною не произошло, — пробурчал я. — Вернее, произошло, но не со мной…

Алена судорожно вздохнула и уткнулась вдруг повлажневшим носом мне в плечо. Я неловко погладил ее по затылку. Не умею утешать. И не люблю.

— Я боюсь… — всхлипнула она. — Я уже столько лет боюсь, что тебя пошлют в эту ужасную Островную Империю. И тебя… там…

— Ну… будет тебе, — пробормотал я и поцеловал ее в макушку. — Знала ведь, за кого выходишь замуж…

— Да уж, — сердито проворчала Алена. — Прогрессор. Герой. Легендарный Мак Сим. Перед таким разве устоишь?

— Ни единой минуты, — поддакнул я, опрокидывая ее на надувной плотик, который не первую ночь служил нам постелью.

Луна не выдержала соперничества со звездами и скрылась за черной грудой Медведь-горы. В море, на плавучей платформе дельфинеров погасли прожекторы. Наверное, афалинам надоело общаться с людьми, и они уплыли. Сквозь шорох прибоя прорвался негромкий свист. Из-за крон санаторного парка выскочил глайдер. Заложив над пляжем крутой вираж, он ушел в сторону Винера, куда без конца струилась мерцающая цепочка фуникулера. И где белел среди кедров наш коттедж. Я поднялся, посмотрел на встроенный в радиобраслет хронометр — скоро рассветет. Алена спала, и я укрыл ее большим полотенцем. Пусть поспит, пока есть время. Через час я ее разбужу, и мы вернемся в наш временный дом. Пешком, чтобы немного растянуть скачущие вприпрыжку минуты. Ведь в пять утра я должен быть уже в промозглом Свердловске. А в полдень — на космодроме.