А с другой стороны – не стоит спешить из деловых соображений. Может, позднее, когда шоу увидит свет и Люк заработает приличные деньги…

Взгляд Дианы остановился на Энди-Оборвашке, и ей стоило немалых усилий подавить желание пригласить его к себе в постель. Она решительно выключила свет, проклиная собственную глупость.

Утро понедельника началось с репетиции последней серии «Мамаши и Мэг». Перед самым перерывом на ленч Энн Эрл позвонили из Голливуда и сказали, что съемки фильма отменяются.

Поднялся страшный переполох, Энн начала названивать своему агенту, а Молли – в дирекцию «Альфы». В результате все выразили согласие подписать новый контракт еще на один сезон.

– Вот это я понимаю – моральный стимул, – заметила Молли за ленчем. – Особенно после того, как выяснилось, что Синди не в состоянии сыграть Мэг. Полагаю, нам пора всерьез подумать о будущей весне.

– Молли, мне нужно время на «Пэта Уинстона». Может, Ники поработает редактором…

– Только через мой труп. Она отлично справляется с мелочами и деталями, но творить умеет не лучше, чем осьминог. К тому же Ники тайная графоманка, поэтому не упоминай о ней.

– Но ведь я физически не успею писать новые сценарии или хотя бы вычитать то, что нам пришлют…

– Ну, на время я готова взять это на себя, пока ты возишься с «Пэтом Уинстоном». Если тебе повезет, в выигрыше окажемся мы обе.

Прошло две недели, от Мэтью Сэйлса не было ни слуху ни духу, и Диана снова попыталась дозвониться до него. Она нарочно сделала это около половины первого. Ассистентка наверняка отправилась куда-нибудь на ленч, и, чем черт не шутит, вдруг Мэтью сам поднимет трубку? Но не тут-то было – вероятно, Жюль ела на рабочем месте.

В другой раз Диана позвонила ровно в девять: а что, если Жюль является на работу после босса? Но нет, она уже сидела на страже. Тогда Диана стала звонить в половине седьмого. Снова промашка. Неколебимая Жюль оказалась на посту. Черт побери, она что, и ночует на службе?!

Всякий раз Жюль с неизменной вежливостью сообщала Диане, что Мэтью получил сообщение и непременно ответит.

– Да, он действительно ищет сейчас свежий материал. И если вы опишете свой проект немного подробнее, постараюсь вам помочь.

Но Диана не купилась на эту уловку: чересчур расторопная Жюль явно считает себя вправе самостоятельно отказаться от услуг «Эбботт и Синклер», не спрашивая мнения своего босса.

Время летело, ответа так и не было, и Диана не находила себе места от нетерпения. Наконец она позвонила еще раз – в восемь утра. И тогда Мэтью Сэйлс сам поднял трубку.

Диана едва успела представиться, как Сэйлс перебил ее:

– Мисс Синклер, это не такое уж спешное дело. У меня срочный звонок из Калифорнии по второму телефону. Извините! – И гудки отбоя.

Диана со злобы так грохнула трубкой, что отшибла руку – к оскорблению прибавился еще и синяк. Этот ублюдок нагло ей врал! Ведь в Лос-Анджелесе всего пять утра! Или он принимает ее за полную идиотку?

Мысль о том, что без толку потеряна почти половина марта, приводила Диану в отчаяние. Поскольку «Пэт Уинстон» буксовал, она согласилась снова заниматься «Мамашей и Мэг» и обнаружила, что это свыше ее сил. Все, что удавалось из себя выжать, шло прямым ходом в корзину. Персонажи казались надуманными, их реплики – заезженными и тупыми. Диана часами просиживала за письменным столом, украшая листы бумаги причудливыми узорами. Наконец она выдала некое подобие сценария, напрочь лишенное былой изюминки.

Именно в этот момент Люк сообщил, что получил небольшую роль в коммерческом ролике и на уик-энд поедет сниматься в Атланту. Диана честно пыталась разделить его восторг. И все же в пятницу утром, когда он собрал вещи и отбыл в аэропорт, она долго не могла успокоиться. Не меньше двух часов Диана металась по дому, то поглядывая на часы, то включая и выключая телевизор.

Наконец ноги сами занесли ее в комнату Люка. Она с удивлением обнаружила, что одна стена сплошь увешана сделанными им фотографиями – и к тому же весьма неплохими. Почему он ни разу ей не похвалился ими?

Обернувшись, Диана увидела, что на противоположной стене Люк поместил ее портреты, разогнанные до размера восемь на десять [7] .

На большей части снимков Диана не узнавала себя – и все же это была она. Люк умудрился поймать нечто неведомое, скрытое на дне ее души под деловитостью и сдержанностью – уязвимость. Боже милостивый, да ведь она выглядит как девчонка, без спросу надевшая мамину шубу! И как ему это удалось? Диане захотелось немедленно сорвать все до единого снимки и разорвать их в клочки. Она выскочила из комнаты, чувствуя себя еще отвратительнее.