Cassandra Claire

Draco Veritas

235

Она была уверена, что знала бы, если бы чтофакела она увидела царапины от ногтей Люциуса

нибудь произошло. Это было именно то, чего она так

на ровной поверхности Эпициклического Заклятья. —

боялась, боялась каждый день, страх перед чем нас письмом было это.

крепко засел у нее в подсознании с того самого момен— Боже, — задохнулась Гермиона. — Боже, Гарта, как он послал ее сквозь огонь обратно, а сам двири… — она взяла Заклятье у Драко, и он отдал его —

нулся вперед. Ей тогда было одиннадцать. И всегда —

легко, как отдают обычную безделушку. — Поверить

сколько лет уже она любила его — повторялось одно и

не могу, что он ушел, оставив это… И сказал, что

то же: бесконечные коридоры разделяли их в минуты

не хочет, чтобы за ним пошли…

смертельной опасности, навстречу которой он шел

Драко захлопал глазами:

один. И Гермиона не могла ни видеть его, ни защитить.

— Ты же не думаешь, что он действительно напиНо ведь сейчас не было никаких причин для опасал это письмо и оставил все это сознательно, правда?

сений.

Они

были

в безопасности,

они

были

Я имею в виду…

в Хогвартсе. с ним ничего не могло случиться. Рядом

— Если не он написал письмо, тогда кто? — Герс ним Драко, и Драко жив. И пока Драко жив, жив и

миона прикусила губу. — В письме говорится о вещах,

Гарри — ведь Драко умрет, защищая его. Причин для

которых никто, кроме Гарри, знать не может. И пострахов не было, но она ничего не могла с собой подечерк — это его почерк, его стиль изложения, даже его

лать: от внезапно обуявшего ее ужаса на ногах словно

выражения… — она осеклась. — Он пишет о вещах, ковыросли крылья, она взлетела наверх, промчалась

торые никто, кроме вас двоих, знать не может. То

по коридору и распахнула дверь в спальню семикурсесть… Драко, а если это правда? Ведь я не знала, что

ников.

вы ездили на кладбище к его родителям. Вы ведь езЕй потребовался миг, чтобы глаза привыкли к подили, да?

лумраку, и потом она увидела сидящего на кровати

— Да, ездили, но… Значит, кто-то заставил его наГарри Драко с чем-то белым в руках. Она сообразила,

писать все это! — Драко резко поднялся и шагнул от

что это клочок пергамента. Гермиона медленно шагнукровати. Гермиона, словно впервые, увидела, как тонла вперед, чувствуя, что сердце возвращается

ки его запястья, особенно по сравнению с широкими

на место: если бы что-то случилось с Гарри, Драко бы

манжетами джемпера. — И забрали Заклятье?

ни за что не сидел так, спокойно читая какую-то за— И что они с ним сделали? Убили?

писку. Но… в его позе что-то было: напряженные плеДрако резко повернулся, окатил ее яростным

чи, стиснутые руки — он словно не подпускал к себе.

взглядом.

— Драко? — прошептала она. — Что случилось?

— Даже не вздумай так шутить.

Что ты читаешь?

— Я не шучу, — ровным голосом ответила она. —

Он поднял голову и посмотрел на нее. Она всегда

Просто я знаю Гарри: чтобы забрать у него Заклятье,

любила свет факелов куда больше, чем это маггловнадо его убить. Или же он снял его по доброй воле. Ты

ское электричество: он не выбеливал предметы, а доже знаешь, Драко, оно заколдовано от подобных сибавлял им красок. в свете факела Драко смотрелся

туаций.

блондином, а глаза стали напоминать старинные золоОн стоял, сжимая и разжимая кулаки, словно

тые монеты. Он протянул ей письмо и сказал ровным

не знал, куда девать руки.

голосом.

— Ты ничего не понимаешь… Мы вчера разговари— Это письмо от Гарри. Только я не думаю, чтобы

вали с ним, он пообещал…

он действительно писал его.

— Я знаю, что он дал тебе обещание, об этом напи— Почему? — недоуменно захлопала она глазами.

сано в письме, — Гермиона с трудом удержала себя от

— Потому, что он бы никогда не написал ничего

желания прикоснуться к нему. — Но люди нарушают

подобного. Это просто невозможно. Вот, взгляни, почисвои обещания, даже Гарри. Если он подумал, что так

тай, — его голос звучал несколько странно, в нем поябудет лучше для тебя…