вила?

там, на сложенной мантии-невидимке спал Гарри,

— Он с Гарри Поттером, — ответила она, — вы же

свернувшись клубочком и подложив себе руку

знаете, я не могу находиться с ним, если рядом юный

под щеку.

Поттер. И в замок не могу войти.

— Отвали… — пробормотал во сне Гарри и сжался

— Но ты говорила с ним? Ты вручила ему оба пов комок.

слания?

— Поднимайся, Гарри, — скомандовал Чарли, —

— Да.

через секунду здесь будет Дамблдор.

— И каков был его ответ?

— Н-не приставай… — пробормотал Гарри, закрыОна опустила глаза:

вая лицо руками. — С-скотина…. Хм…

— Нас прервали. Он не дал мне никакого ответа. Я

— Что это было? — казалось, Чарли с трудом сдеротправлюсь за ним снова — не в эту ночь, а

живает смех.

в следующую.

— Он велел оставить его в покое, — перевел Дра— Прервали? И как же прервали? — Люциус отоко. — Ему снится профессор Синистра.

рвался от окна и развернулся к девушке в клетке.

— Да ну? — заинтересовался Чарли. — Да, конеч— Кто-то пытался напасть на нас, — пояснила Рино, она весьма…

сенн. — В нас дважды выстрелили из темноты. Одна

— Ничего подобного, — запротестовал Гарри, састрела попала в плечо твоему сыну, но я видела, что

дясь. Волосы его торчали дыбом, словно у казненного

он остался в живых.

на электрическом стуле, все лицо было в отпечатках

Вольдеморт кровожадно улыбнулся.

складок мантии. — Малфой, ты отъявленный врун.

— Маловероятно, чтобы это был ангел милосер— Ага, проснулся, — бесстрастно заметил Драко, —

дия, — заметил он. — Или же тебя тронуло то, что

а теперь выметайся отсюда, пока сюда не пришел

с ним произошло?

Дамблдор, и ты не нажил себе проблем. Или нет, —

— Милосердие, — возразила Рисенн, по-кошачьи

быстро добавил он: занавеска отодвинулась, и

сверкнув глазами, — не имеет к этому никакого отнов сопровождении мадам Помфри вошли профессор

шения. Я охраняла — и только.

Дамблдор и глава Дома Слизерина профессор Снейп.

— Восхитительно, — усмехнулся Вольдеморт, — это

Драко уселся поудобнее и уныло потер плечо. — Я

просто исключительный пример бесчувственности. Хопросто хотел, чтобы все не забывали, что я потерял

тя, кажется, ты все еще веселишься.

много крови и вполне могу бредить.

— Как и вы, мой Лорд.

— Все в порядке, Драко, — мягкий и серьезный

— Я

никогда

и

не претендовал

взгляд Дамблдора остановился на Драко, потом

на бесчувственность, — произнес Темный Лорд, — речь

скользнул к Гарри. — Мы могли бы выразить свое нешла только о благородстве и мягкости, которые я предовольство студентам, которые врываются среди ночи

зираю.

в запертую больничную палату, однако, настойчивое

— Вы ненавидите, — заметила она, — значит,

желание быть с другом в минуты невзгод вполне понидолжны и любить.

маемо, и заслуживает только уважения и восхищения.

— Я люблю силу, — ответил Темный Лорд, — любС ваших факультетов не будут сняты очки. А теперь

лю ее, как музыкант любит свою скрипку. Извлекать

поднимайся, Гарри. У меня от одного взгляда на тебя

звуки, аккорды, гармонии — это счастье.

кости ломит.

Девушка в клетке внезапно вскинула голову, словГарри быстро поднялся, чтобы быстрее прийти

но что-то учуяв:

в себя, он тер глаза рукой.

— Встает солнце, мой Лорд, — объявила она, — от— Спасибо, профессор.

пустите меня. Вы же знаете, я ненавижу день.

Дамблдор взмахнул рукой, и вокруг кровати пояТемный Лорд заулыбался.

вились четыре стула с высокими спинками, на которых

— Я знаю. Что ж, иди. Вернешься, когда я позову

расселись преподаватели и мадам Помфри. Гарри, с

тебя.

трудом сдерживая зевоту, уселся в ногах кровати.

— Вернусь, — пообещала девушка и исчезла, и