Только задача не менялась.

Найти, изучить, обезвредить.

В лаборатории номер шесть экспериментального сектора была странная атмосфера. Опытный человек сразу бы увидел: тут отнюдь не «горят на работе». Здесь никто никуда не спешит. И персонала кот наплакал: за одним из компьютеров скучал молодой человек в белом халате.

– Ну, вот мы и пришли! – приподнятым тоном объявил Михалборисыч.

Молодой человек оглянулся и помахал рукой. Леха кивнул в ответ.

– Это Петр, очень способный программист, – сообщил директор. – Петя, а Семенов?..

– Вышел, – коротко сказал тот. – До ветру, – и зачем-то хихикнул. – А это наш новый лаборант?

– Тот самый, которого я обещал вчера, – со значением произнес Михалборисыч.

– О, наконец-то я перестану мыть пробирки! – воскликнул программист. – Теперь у нас для этого будет целый отдельный лаборант! Я Петя, – сообщил он Лехе.

– Я Леха, – буркнул Леха.

– Мы тут запросто, без церемоний, чай, не в дирекции, – Петя хитро глянул на Михалборисыча.

– Что, обращение по имени-отчеству к старшим по возрасту и должности – уже церемонии? – очень дружелюбно парировал Михалборисыч.

Он подвел Леху к девственно чистому столу, остановился рядом и гордо сказал:

– Вот твое рабочее место. Стол тебе пока не нужен, но по протоколу полагается, значит, будет. А потом дорастешь до настоящей работы, и как же тебе без стола?

Очень тонкий юмор, подумал Леха, но ответил без иронии:

– Спасибо.

Михалборисыч глянул на часы, заторопился. На прощание одарил Леху улыбкой, отечески подержал за плечи:

– Ну, устраивайся. Сейчас придет Семенов, объяснит тебе обязанности. Если что – звони, телефон знаешь. Ну и просто заходи, не чужие ведь.

Леха чуть зубами не скрипнул: еще не хватало, чтобы его тут приняли за директорского любимчика! Но сдержался. Михалборисыч ушел, а Леха положил на стол рюкзак и потянул молнию.

– Слушай, а ты правда – внук Деда? – спросил Петя.

– Каждый – внук своего деда, – огрызнулся Леха.

Петя не обиделся.

– Михалборисыч вчера приходил. Сказал, что направляет к нам внука Деденёва. Милость, мол, оказывает, мог бы к себе в дирекцию взять, а вот какой великодушный – нам отдает.

– И чего я забыл в дирекции?

– Ну и я подумал – чего там делать? Там тоска смертная. Нормальный парень туда сам не захочет. То ли дело у нас.

Леха промолчал.

– Ты на Михалборисыча внимания не обращай, – сказал Петя. – То есть обращай, только не парься насчет его поведения. Я видел, тебе неприятно было. Не парься, – повторил он. – Просто наш дорогой начальник все время как будто перед камерами выступает. Мы тут шутим, что он и писсуар навещает так, чтобы не стыдно было перед аудиторией за недостаточную монументальность позы. Ну вот такая он телезвезда. Ты скоро привыкнешь.

Леха достал из рюкзака модель вертолета и поставил на стол. Петя заинтересовался – он был любопытный и легкомысленный, это Леха понял сразу, – но расспросить не успел.

Снова открылась дверь, пропуская седого мужчину с короткой стрижкой, такого же неприветливого с виду, как бетонная тумба у вокзала, об которую Леха трижды бил одно и то же колено. Хитрая тумба, обманчивая. Но Леха и ее победил. Мужчина прошел в дальний угол лаборатории. Бэдж он носил засунутым в нагрудный карман, и виднелась только верхняя строчка с фамилией – Семенов. Ага, это местная знаменитость, легендарный техник, Михалборисыч рассказывал про него, пока вел Леху к рабочему месту.

Семенов плотно уселся на стул, оглядел Леху, затем – его вертолет, уставился на Петю:

– Дуй обедать, что ли, – сказал он. – Пока там народу мало. Мы после тебя.

Голос у него был сильный, но глуховатый, как будто Семенов редко удостаивал мир беседой. Петя радостно сорвался с места, похоже, обед был одной из здешних радостей жизни. Ободряюще хлопнул Леху по плечу и вышел из лаборатории.

– Блудный сын вернулся домой, – загадочно сообщил техник.

– Что? – Леха растерялся.

Техник глазами показал на вертолетик.

– Это мой талисман, – почему-то смутился Леха. – Игрушка, мне подарил ее дедушка.

– Он всегда чей-то талисман. Раньше он был талисманом нашей лабы. Он жил тут, пока мы работали над пятой серией. Стоял рядом и подглядывал, когда мы испытывали на синтетике опытную партию его маленьких коллег. Радовался, – сказал Семенов о вертолете, как будто тот был живым существом. – Как же мы в нее верили, в нашу «пятерку»…

Леха медленно опустился на стул. Он был так изумлен, что и задом на стол бы плюхнулся, но тут, извините, не школьный класс, а микротехнологическая лаборатория номер шесть, экспериментальный сектор, и об этом все время надо помнить.