– Вот, взгляните.

Она указала на скопище камней под одной из стен. Там было темновато, и Роман взял фонарик у Бигза.

Среди камней обнаружились окурки, обрывки бумаги, тряпки, шелуха от орешков. Было понятно, что здесь коротала время большая группа людей. И судя по тому, что даже мелкая шелуха еще не была занесена песком, эти люди были здесь не так давно.

– Похоже, наши налетчики, – сказал Роман.

– Похоже, – кивнул Эдвардс.

– Что будем делать?

– А что вы предлагаете?

«Отличная тактика, – усмехнулся про себя Роман, – давать указания, когда и так все понятно, и сваливать все на меня, как только ситуация осложняется».

– Предлагаю продолжить разведку, – сказал он.

А что, собственно, еще он мог сказать? Ну, нашли следы духов, ну и что? Пропавшее оружие пока никак не засветилось. И зачем она задает этот вопрос, если ответ и так известен? Опять разыгрывает сцену перед свидетелями, чтобы в последующем снять с себя всю ответственность? Очень по-товарищески.

Хотя какие они, к черту, товарищи? Как бы не пришлось держать друг друга на мушке.

– Может, не стоит идти дальше? – вмешался Хук. – Мы выяснили, что духи действительно использовали колодцы для нападения и отхода. Бумажник Донована и это… – Он ткнул рукой в камни.

– Предлагаете вернуться? – спросила его Эдвардс.

– Так точно, капитан. Нас мало, а забрались мы бог весть куда. Надо уносить ноги, пока не поздно. Мы свое дело сделали. А завтра прислать сюда роту спецназа, пусть все обследуют по полной программе.

Судя по Бигзу, тот готов был подписаться под каждым словом своего командира. Эдвардс задумалась.

– Сержант Хук предлагает вернуться, – сказала она, искоса глянув на Романа.

– Я слышал, – ответил тот. – Но что толку возвращаться, если результат нулевой.

– Как это нулевой!? – разозлился Хук, забыв о субординации. – А то, что тут было не меньше полусотни человек, это разве не результат? Если вам мало, сходите вон в тот угол. Там они оставили после себя не одну кучу дерьма…

– Сержант, – одернула Хука Эдвардс.

Впрочем, одернула мягко – как любимого ученика. И тут же уставилась на Романа.

– Дерьмо оставьте себе, сержант, – сказал Роман, – раз уж вы его нашли. А меня интересует пропавшее оружие. Поэтому, коль мы все равно уже здесь, предлагаю продолжить разведку. Время у нас имеется, почему бы не использовать его с максимальной выгодой?

Эдвардс снова задумалась, кидая взгляды то на воинственно выпятившего грудь Хука, то на невозмутимого русского, присевшего на один из камней и закурившего с таким видом, будто ему и дела нет до ее сомнений.

По здравом размышлении, Хук был прав. Они сильно рисковали, затягивая экспедицию, и вариант, предложенный сержантом, был разумным и, с точки зрения военной логики, безупречным. В самом деле, зачем пороть горячку, если можно сутками позже все здесь проверить досконально и почти без всякого риска?

С другой стороны, русский вел какую-то свою игру, и испортить ее не означало ли лишиться его поддержки в активном содействии по поискам оружия? Ведь этот план – его и только его. Он уже кое-что принес, и, как знать, не принесет ли больше. Завтра будет завтра, а сегодня русский хочет продолжать поиски. Он хоть и крайне неприятный тип, но, безусловно, имеет большой опыт и знает, чего добивается. Надо ли мешать ему, вот в чем вопрос? С нее ведь тоже спросится…

– Хорошо, – кивнула она, – мы продолжим.

Лицо у Хука вытянулось еще больше, на челюсти вздулся желвак величиной со сливу. Бигз понурился и совсем не по-геройски шмыгнул носом.

– Но только один час.

Эдвардс демонстративно подняла руку с часами. Запястье у нее было загорелое, мускулистое и очень изящное.

Хук, подчиняясь, медленно кивнул и прижал пальцем переговорное устройство.

– Пчела-один, вызывает Пчела-два. Мы задержимся еще на час. Как поняли?

– Напрасно вы это, – заметил Роман. – Нас могут запеленговать.

– Заканчивайте, сержант, – поддержала его Эдвардс. – Не стоит рисковать.

По лицу Хука было видно, что он с удовольствием послал бы обоих капитанов подальше. Кого они вздумали учить, кабинетные крысы? Его, бывалого вояку, проведшего не одну операцию в этом пекле? Ну, ладно, Эдвардс, она вроде как своя, по крайней мере несколько раз попадалась на глаза за последнее время. К тому же – женщина, что многое объясняло. А этот-то умник чего лезет? У него даже оружия при себе нет. Случись что, кто будет его защищать? Он, сержант Хук, и его ребята. Так что надо еще разобраться, кто кому должен указывать. Звание – оно в бою зачастую очень мало значит.