– Скажи, кто выпустил ракету сегодня? – задал Роман вопрос, который занимал его чрезвычайно. – Смит?

– Не знаю, – прохрипел Мустафа.

– Хорошо. Скажи, где вторая ракета?

– Не знаю.

Роман понял, что рано он бил в литавры. Мустафа, похоже, лишь тянул время, собираясь с силами.

– Что он говорит? – спросил Рэйв.

– Сейчас…

– Мустафа, – стараясь не терять терпения, сказал Роман. – Мы ведь договорились. Если ты будешь все время говорить «я не знаю», я не смогу тебе помочь.

– Мне не нужна твоя проклятая помощь, – сказал, гордо усмехнувшись, Мустафа. – Ты – шакал, и все вы шакалы, и скоро сдохнете, чтоб душу твою забрал шайтан.

Он плюнул себе на бороду, бормоча ругательства.

– Похоже, – констатировал Рэйв, глядя на плюющееся лицо Мустафы, – консенсуса не произошло. Вам не надоело его уговаривать, Роман?

Роман лишь безнадежно махнул рукой.

– Линк, – сказал Рэйв, – давай-ка пятнадцать единиц.

Через несколько секунд модуль взорвался ужасающим по силе и продолжительности криком.

Линда не выдержала. Вскочив со стула, она низко опустила голову и выбежала за дверь.

Похоже, подумал Роман, этот крик вызвал у нее не самые светлые ассоциации. К тому же Мустафа исходил пеной, его трясло, как в припадке эпилепсии, черты лица исказились, как у безумца.

Да он и был безумцем, потому что от той боли, что он испытывал, человеческий мозг утрачивал способность мыслить даже примитивными категориями. Вопящий кусок мяса.

– Зря она вообще здесь сидела, – отреагировал на бегство Линды Рэйв. – Не женское это дело.

Он взял за волосы повисшую голову Мустафа, поднял к свету, пытаясь уловить движение зрачков.

– Нашатырь, – сказал он Линку.

Тот сунул пузырек с нашатырем под нос Мустафы, поводил, пока тот не начал дергать головой.

– Ничего, – констатировал Рэйв. – Он еще как огурчик. Надо же, а по виду не сказал бы.

– Сопротивляемость хорошая, – сказал Линк. – Помнишь, как у того китайца?

– Помню, – недовольно отозвался Рэйв. – Ладно, поехали дальше.

Через двадцать минут Мустафа начал давать показания. Он проявил немыслимую выдержку, поразив видавших виды дознавателей. Но человеческая плоть, даже самая стойкая, имеет свои уязвимые места. Наверное, если бы его жгли и рвали в клочья, он бы выдержал все, и рта не раскрыл. Но прямое воздействие электрического разряда на головной мозг все-таки сломило его сопротивление.

Отвечал Мустафа медленно, выдавливая по слову из своей надорванной гортани. И Роман терпеливо переводил слово за словом, иногда по целой минуте ожидая, когда пленник сможет продолжать.

Выяснилось следующее.

Две недели назад Мустафа действительно забрал у генерала Фахима два продолговатых ящика. На вопрос, что было в ящиках, он сказал, что в ящики не заглядывал. Его дело – взять и передать.

Первый ящик он передал некоему Кариму Акбари, жителю Кабула, владельцу сети ларьков. Вместе с Каримом был юноша по имени Эсмаил. Не афганец. Скорее всего перс. Красивый, как девушка. Более по первому ящику Мустафа ничего сказать не мог.

Второй ящик он отправил в Иран, в город Бушир. Ящик повезли в грузовой машине, спрятав его в тайнике. В Бушире люди Мустафы передали ящик на борт корабля под названием «Пулад». После чего вернулись в Кабул.

Мустафу оставили в покое, когда он подвел глаза под лоб и повис на стуле. Решено было допрос прекратить. Мустафа сказал достаточно для того, чтобы продолжить поиск, а продолжение пытки могло убить его.

– Спасибо, Мустафа, ты хорошо поработал, – сказал Рэйв, вставая со стула.

Роману показалось, что он ослышался. Рэйв сказал это на пушту!

Рэйв посмотрел на него, подмигнул. Роман понял, что привлечение его в качестве переводчика было одним из проверочных тестов.

Да-а, хитер мистер Рэйв. И сказать ведь ему нечего.

Зато Рэйву всегда было что сказать.

– Линк, приведи нашего афганского друга в порядок, – распорядился он. – Сейчас я пришлю людей, надо отнести его в камеру. Роман, если вас не затруднит, посмотрите, что с нашей дамой? Кажется, вы нашли с ней общий язык.

– Хорошо бы взять сейчас этого Карима, – сказал Линк, снимая наручники с бесчувственного Мустафы.

– И я так думаю. Пора побеспокоить наш спецназ.

Рэйв торопливо вышел из модуля.

Линк продолжал возиться с Мустафой. Тот несколько раз обмочился и испражнился во время экзекуции, залил халат потоками пены и теперь производил жалкое и противное зрелище одновременно. Воняло от него нестерпимо. Но Линк невозмутимо поправлял ему халат, хлопал по щекам, отвязывал от стула и не проявлял ни капли неуверенности или брезгливости.