Шрифт:
К одиннадцати часам на дороге, ведущей в Михайловскую, появилась колонна. Разного класса легковушки, возглавляемые джипом охраны вице-губернатора, и за ними – фирменный автобус с гостями. Впереди колонны следовал скромный милицейский «Жигуль». С включёнными мигалками, но без сирены.
Василий Никифорович на своей «Ниве» двинулся навстречу.
Центральную площадь станицы украшала огромная клумба, брызгавшая, как фонтан, во все стороны яркими красками буйных южных цветов. Посередине – памятник вождю мирового пролетариата, который в Михайловской не удосужились снять. Здесь колонна остановилась. Цыбуля вылез из «Нивы». Дверцы автобуса распахнулись, из него начали выходить люди…
Василий Никифорович, руководствуясь обычным своим принципом, гласившим, что сено к лошади не ходит, остался спокойно стоять. И вдруг глаза его широко раскрылись, засветившись нескрываемой радостью. Руки сами распахнулись, готовя дружеские объятия:
«Ба-а-а!!!»
Из автобуса тем временем появился невысокий и сухощавый, но весьма властного вида мужчина. В светлом летнем костюме, с непокрытой седой головой. Повернувшись к двери автобуса, он подал кому-то руку, и наружу выпорхнула девчушка лет семи. Розовый лёгкий спортивный костюмчик, голубая с непомерно длинным козырьком бейсболка на светлых, почти песочных, коротких волосиках… Дед и внучка, немного пугливо держащаяся за его крепкую руку!
«Йон!» – окликнул Цыбуля.
«Vasia!!!» – обернулся иностранный господин… и решительно шагнул в распахнутые объятия Василия Никифоровича. Белокурая девчушка, застывшая в двух шагах, недоумённо глядела, как её строгий и чопорный дедушка с хохотом тискает и гулко хлопает по спине коренастого, загорелого точно негр русского дядьку. Конечно, дедушка Йон ещё дома ей говорил, что в России они, наверное, встретят одного необыкновенного человека. Правда, маленькая Ингеборг по его рассказам представляла себе нечто совершенно иное. Вот он, значит, на самом деле какой?..
А Фасолька знай себе гуляла в леваде. Она вдосталь набегалась и теперь не спеша бродила вдоль ограды, выискивая и срывая губами одиноко растущие травинки. Вся зелёная поросль вокруг была давно подъедена кобылами, которых выпускали гулять.
Когда недалеко от выводного круга остановился большой яркий автобус, лошадка навострила уши и пристально посмотрела в сторону выходящих из него людей. Она бы и вплотную к ним подошла, чтобы познакомиться с каждым, да не пускала ограда. Нотка не боялась людей. Люди – это друзья…
Приехавшие двинулись в сторону выводного круга. Тут-то на конюшнях, особенно на жеребцовой, началась беготня! Люди мчались в амуничник за выводными уздечками, торопливо надевали их на вычищенных до блеска коней, влажными суконками смахивали невидимые пылинки, первый и последний раз в году приглаживали гребнями хвосты… [38] Готовились и совхозные спортсмены. Им сегодня выводить лошадей на выводку: тренера и жокеи на ипподромах с лучшими скакунами, дома остались жеребцы-производители да кобылы с жеребятами. Кобылы пасутся в табуне, поэтому показывать гостям будут в первую очередь жеребцов. А они ребята строгие, норовистые… На свечку взвиться, в галоп с места сорваться, волоча ведущего на чёмбуре, – раз плюнуть! Сил-то немерено!.. Так что выводить зверей будут по двое. На двух чёмбурах – справа и слева! И самим безопаснее, и смотрится торжественнее. На ребятах красные рединготы и ослепительно белые бриджи. На каждом жокейка. Всё по форме, всё чин-чинарём… всё как у людей…
38
Особенность волос лошадиной гривы и хвоста такова, что от частого расчёсывания они «секутся» и обрываются, так что хвосты и гривы становятся короткими и редкими. Поэтому их разбирают руками, расчёсывают же только в исключительных случаях.
Фасолинка издали смотрела на них. Про неё просто забыли.
…Гости старались расположиться поближе к хозяину. Плотно окружили его и внимательно слушали. Василий Никифорович о каждом своём питомце рассказывал, как стихи читал. И когда на площадке появлялся очередной жеребец, гости встречали его аплодисментами. Вполне заслуженными.
Йон фон Шёльдебранд стоял рядом с Василием Никифоровичем и довольно щурился при виде каждого нового животного. Если честно, подобного он не ожидал. Швед был весьма искушён в конном деле и лошадях, но Цыбулины воспитанники поразили даже его!
– …А плохих в производители не берут, – отшучивался Цыбуля. – Их на колбасу сдают. Правда, колбасы той мы не едали давненько, потому как не бывает у нас плохих лошадей. Только класс! Вот без колбасы и сидим…
Гости смеялись. Они уже побывали в столовой.
Выводка подходила к концу, когда Цыбуля услышал вскрик Йона:
– Ingeborg!.. Has anybody seen my granddaughter?.. [39]
39
Ингеборг!.. Кто-нибудь видел мою внучку?.. (англ.)
Девочки в розовом спортивном костюмчике в самом деле нигде не было видно. В радиусе нескольких вёрст ребёнку не могла угрожать никакая мыслимая опасность, но Йон почему-то страшно разволновался:
– Василий, она панически боится лошадей!.. Когда-то неподалёку от нас проходили соревнования по троеборью… Мой сын с женой и дочерью поехали посмотреть… И прямо у них на глазах на препятствии насмерть разбился всадник… юная девушка… А лошадь вскочила после падения, бросилась прочь и сшибла Ингеборг с ног… Ты понимаешь, маленький ребёнок… и огромная рыжая лошадь с пустым седлом… Чуть не затоптала её… Мы даже боялись, что… Ингеборг! Ингеборг!..