Войска Конева стремительно развивали успех. Утром 21 апреля создалась реальная угроза захвата Цоссена. В час дня 21 апреля генерал Кребс наконец получил разрешение фюрера эвакуировать штабной персонал объектов «Майбах-1» и «Майбах-2». Колонна грузовиков под вечер направилась на юг по шоссе 96, но добраться до Баварии было суждено не всем: едва колонна выехала на шоссе, как была атакована самолетами… люфтваффе. Генерал Детлефзен с возмущением услышал на совещании у фюрера об «успешной атаке люфтваффе на советские танки, продвигавшиеся к Цоссену». Как немецкие летчики могли принять немецкие штабные автобусы и грузовики за советские танки? Загадка…

Рано утром 22 апреля Гитлер сместил генерала Реймана с поста командующего обороной Берлина и назначил на его место… функционера НСДАП некоего Кэтера. Кэтер имел звание полковника и немедленно был произведен в генерал-майоры. Единственное, что успел сделать Кэтер на посту командующего обороной Берлина: обзвонить своих приятелей и поделиться радостью. Впрочем, радость была недолгой: к вечеру фюрер отменил свой приказ и лично принял на себя командование обороной Берлина, а Кэтер… снова стал полковником.

Днем 21 апреля прошла информация, что танки Вейдлинга видели в районе Олимпийского стадиона (т.е. на западе Берлина). Гитлер впал в бешенство и немедленно издал приказ о расстреле Вейдлинга за самовольный отход на запад. Узнавший об этом возмущенный Вейдлинг поспешил в бункер заявить фюреру о своей полной невиновности и… был назначен командующим обороной Берлина. На посту командира 56-го корпуса его сменил генерал Муммерт, которому Вейдлинг мрачно сказал: «Лучше бы меня все-таки расстреляли!» Разбитые на Зееловских высотах части оттягивались к Берлину в атмосфере полной неразберихи, отбиваясь от наседавших советских войск. А Гитлер в последней вспышке энергии обвинял всех в предательстве.

Пока Гитлер разбирался с обороной Берлина, Борман получил шифровку от Шонеберга и пытался осмыслить ситуацию.

— Что за ерунда?! — с возмущением спросил он у Краузе. — Откуда там могли взяться вражеские парашютисты?

— Вы меня спрашиваете?! — пожал плечами Краузе. — Скажите, а этот ваш… э-э… Шонеберг… Он случайно не алкоголик? Дорвался до запасов первоклассного коньяка, и… Вот ему и мерещится.

— А черт его знает! — с досадой воскликнул Борман. — Кому сейчас можно доверять?!

— Хорошо, давайте проанализируем ситуацию, — предложил Краузе. — Предположим, что десант действительно высажен. Таким образом, в настоящее время исключена возможность использования объекта «Гарц-2». Если мы сегодня отправимся в Зальцбург, но не сможем воспользоваться объектом «Гарц-2», мы окажемся в огромной мышеловке. Что нам там делать? Ну, побегать месяц-другой по горам, пока нас не отловят американцы.

— Цольмер должен собрать боевую группу и ударить по противнику, — напомнил Борман. — Я уже несколько дней назад отдал соответствующие распоряжения.

— Превосходно! — с иронией воскликнул Краузе. — А вы уверены, что эти распоряжения выполнены? И если выполнены, то каким образом? Не будет ли боевая группа «Цольмер» состоять из самого бригаденфюрера и десятка юнцов с разнокалиберными винтовками без боеприпасов? Кстати, а где сейчас Цольмер?

— В «Бергхофе», контролирует подготовку к прибытию фюрера.

— Вот как… и когда он соберет боевую группу? Сколько ему на это понадобится? Когда он сможет отбить «Гарц-2» у врага? Да и сможет ли? Нет, сегодня лететь в Зальцбург нельзя. Никак нельзя.

— Тогда… когда, если не сегодня? — занервничал Борман.

Краузе тяжело вздохнул. Разговор происходил в бункере, в одной из комнат доктора Штумпфеггера. Атмосфера бункера угнетала, и Краузе хотелось скорее выйти на воздух, пусть даже пахнущий гарью, пронизанный пулями и шрапнелью.

— Весьма печально… весьма, — подосадовал Краузе. — План был так безукоризненно сработан! Без всякого риска погибнуть под бомбежкой или артобстрелом, вдыхая живительный горный воздух, мы могли спокойно завершить дела и в относительной безопасности и комфорте быстро переместиться за океан. И вдруг какие-то непонятно откуда и зачем взявшиеся парашютисты все испортили! Как это некрасиво с их стороны! Надеюсь, ваш Цольмер разберется с ними.

— Да черт с ними, с этими парашютистами! — ударил ладонью по столу Борман. — Нам что делать теперь? И что делать Цольмеру?

— Как не жаль, но придется перейти к выполнению запасного варианта, — ответил Краузе. — Сейчас я буду уговаривать фройляйн Браун убедить фюрера остаться в Берлине. И вам, господин Борман, придется собрать все свое мужество, чтобы сопроводить фюрера до конца его пути. А Цольмер… пусть он действует по плану. Профессор Борг и Шонеберг не должны попасть в руки врага: слишком много они знают. И уж безусловно и «Деген», и объект «Гарц-2» должны быть уничтожены.