— Хм, — Интар задумался и согласился. — Хорошо, пусть, давай так и сделаем. И есть второй вопрос — лидеры сотен. Кого командирами поставим?

— Кто самый здоровый, тот и командир. В такой среде всегда так, и одного, я уже присмотрел.

— Это не виконта Бертра, которого к галерам в прошлом году приговорили?

— Он самый, — Штенгель улыбался. — Этого бойца я самолично брал, и видел, как он сразу двумя клинками махал. Все же чемпион всего севера по мечному бою, и если бы в мятеж не полез, то в этом году, чемпионом всего герцогства стал. С большим трудом его повязали, сетями закидали, и только тогда подступились.

— Решено, один есть, — одобрил граф. — Остальных позже определим.

Штенгель и Интар погрузились в работу, и только изредка комментировали друг другу особо интересные личности своих подопечных.

— Пират Бебека, — читал Интар с листа. — Родом из Эльмайнора, по жизни вор, примкнул к одной из самых отчаянных пиратских компаний на всем Корасе, команде капитана Секача. Пятнадцать подтвержденных абордажей. Был взят в плен солдатами Береговой Охраны, после уничтожения пиратской галеры "Серпентина". На сотрудничество с властями не пошел, отправлен отбывать наказание на галеры, пожизненно.

— Это что, — Штенгель тоже вчитался, — слушай, кто еще есть. Контрабандист Печенка, занимался поставками наркотических орехов маталаки из Апенны в Блонт. Решил расширяться, и вложил средства в доставку наркотиков на территорию Штангорда, но в связи с дворянским мятежом, контроль на границах был усилен, и он попался. Приговор — пожизненная каторга. Тот еще тип.

— Согласен, швали хватает.

Три часа они проработали без передыху, на одном дыхании, и все же определили, кого и куда пристроить. Более-менее, сотни были скоплектованы по принципу предложенному Штенгелем. С будущими командирами тоже решили. В первую, без сомнений, бывший виконт Бертра, во вторую, пирата Бебеку, а в третью, взяточника и коррупционера, бывшего мэра Норгенгорда, третьего по величине и населенности города в герцогстве, мэтра Самбини. Заказав обед на две персоны, Штенгель, через дежурного сержанта, вызвал тех, кто, как они с графом предполагали, будет командовать рейдерскими сотнями.

Первым, появился бывший виконт Бертра, молодой и красивый мужчина, двадцати пяти лет отроду, с мужественным суровым взглядом, некогда, светский лев и любимец дам. Ждать пока его вызовут он не стал и, постучавшись в дверь, вошел.

— Доброволец Бертра, по вашему приказанию прибыл, господин полковник, — доложился он графу Интару, видимо посчитав, что доклад "черному мундиру", то есть тайному стражнику полковнику Штенгелю, как-то принизит его.

Граф только кивнул на слова бывшего виконта и продолжил хлебать наваристый куриный супчик. В разговор вступил Штенгель, промокнувший губы салфеткой и состроивший самый высокомерный взгляд, на какой он только был способен.

— Это я вас вызывал, доброволец Бертра, — с некоторой показной брезгливостью, произнес он.

— Да, господин полковник, — вытянулся бывший виконт. — Виноват, господин полковник.

— Вы готовы искупить свою вину перед герцогом и государством, кровью, доброволец Бертра?

— Да, готов.

— У нас возникла мысль, — Штенгель кивнул в сторону Интара, — назначить вас командиром первой рейдерской сотни. Однако, видя, что вы не осознали все свое положение, и тот момент, что вы, хоть и виконт, но бывший, я пребываю в сомнениях.

— Виноват, господин полковник, — отрапортовал доброволец и лицо его, немного передернулось. — Исправлюсь.

— Что же, Бертра, — Штенгель перешел на свой обычный тон. — Спесь с вас немного слетела, и это хорошо. Присаживайтесь с нами, выпейте хорошего горячего взвара. На каторге отвыкли, наверное?

— Признаю, отвык, — ответил тот и понурился.

Штенгель налил Бертра большую кружку горячего и ароматного напитка, тот присел на стул подле стола, примостившись с самого краешка, и полковник спросил его:

— Итак, вы готовы принять под свое командование, первую и самую боеспособную рейдерскую сотню?

— Готов, господин полковник, — Бертра хотел подскочить, но Штенгель придержал его на месте.

— Сидите, доброволец, — сказал он.

— Виноват, — вновь повторил бывший виконт.

— Это ничего, что виноваты, Бертра, искупите своей службой, как говорится. Тем более, что тяжких грехов за вами нет. Герцог хоть и суров, но справедлив.

— Да, если бы я знал, что весь этот мятеж не игра, какая, а самый настоящий заговор, да еще с подачи рахдонов, да я бы их сам, этих заговорщиков убил, своей рукой.

— Мы вам верим, доброволец Бертра, а в нашем лице, и сам герцог Конрад Четвертый. Давайте перейдем непосредственно к делу, — остановил его Штенгель.

— Хорошо, — сотник Бертра, сделал глоток взвара, успокоился и спросил: — Какое вооружение мы получим?

— Старое, и не совсем годное, сотник. Пайки так же, не самого лучшего качества, и обмундирование такое же. Расчет состоит в том, что вы сами себе все в бою добудете.

— Понимаю, — Бертра кивнул. — Состав моей сотни?