— Вот поэтому, ты и изложил свои наработки в этом труде под названием "Война Магических Сил"?

— Да, мастер, именно так. Обратите внимание, в течении летней военной кампании произошло два столкновения между нами и адептами Ягве. В обоих битвах было соблюдено полное равенство сил, и все решалось простыми воинами. Нужно изменить систему, и наносить не один мощный удар на поле предстоящего сражения, а множество мелких, еще до начала битвы. Размен одного человека из тех, кто имеет от рождения незначительные способности к управлению силой, на пятерых рахдонов, даст нам решающий перевес.

— И как ты это видишь? Ведь насколько я понимаю, ты хочешь привлечь к нанесению подобных ударов, не самих жрецов Белгора, а обычных граждан Штангорда?

— Так сложилось, что жрецом может стать только тот, кто наделен способностями в полной мере, и о том, что родился такой человек, в ближайшем к его месту рождения храме, узнают сразу же. Однако на каждого такого человека, рождаются трое, кто слаб способностями. Необходимо привлечь их к нам. Пусть, они ничего не могут сделать сами, но с амулетом, который заряжен силой Белгора, дел они натворят. Причем обучение таких бойцов не займет много времени. Каждый будет знать два-три боевых плетения-заклятья, и этого им хватит.

— А силу где брать?

— В храме, конечно, мастер. Вспомните, при последнем большом молении во славу нашего бога, после победы над врагом, мы зарядили все амулеты полностью. Много энергии получил наш бог в этот день, но и многое просто рассеялось без цели, слишком велико было ее количество. Бесхозная энергия, которую мы могли использовать во благо нашего народа, просто улетучилась. Сделать новые амулеты-накопители не проблема, и если мы получим сотню бойцов из слабоодаренных людей, то сможем провести в столице внеочередное славление нашего бога, и зарядить амулеты. Представьте, идут войска рахдонов, а среди них жрецы. В засаде сидит один боец с заряженным амулетом и наносит неожиданный удар. Многого он не сделает, но нескольких вражеских жрецов уничтожит.

— Ты понимаешь, что это смертники? — гневно сказал Хайтли Дортрас, повысив голос. — Ты хочешь, чтобы мы распоряжались жизнями людей как разменными пешками в своей игре? Чем тогда мы будем отличаться от рахдонов, Фриге? Вдумайся, что ты предлагаешь!

— Мастер, — заложив руки за спину, Нойм подошел к ограждению балкона, повернулся и взглянул Верховному Жрецу прямо в глаза, — каждый из нас, жрецов Белгора, готов пожертвовать своей жизнью, и я сам готов пойти на это дело, устроить засаду на адептов Ягве. Однако, почему мы думаем о наших соотечественниках так плохо? Что это, может быть спесь, или мы считаем, что тот, кто не прикоснулся к силе нашего бога-прародителя, не умрет с честью за свою родину и не пожертвует самым ценным, что у него есть — жизнью? Нет и еще раз нет, мастер. Мы видели под Стальгордом как обычные штангордцы бились за свою землю и умирали, так что это не вопрос. В своем труде о новых методах ведения войны с применением магии, я указал, что в проведении подобных акций, должны участвовать только добровольцы.

— Возможно, ты и прав, Фриге, — устало произнес Хайнтли Дортрас. — Сегодня ночью соберется совет высших иерархов нашего культа, и твои предложения будут рассмотрены.

— Верховный, мы с вами знаем, что ваш голос решает все. Что вы скажете?

— Пока, — старый жрец смежил веки, — я еще не определился. Иди, Фриге, ответ ты получишь завтра.

Фриге Нойм уважительно склонился и направился во внутренние помещения храма, в комнату отведенную ему под жилье. В столице все жрецы еще не имеющие семьи, жили и работали только здесь, так было заведено с самых древних времен, и Нойм исключением не был.

Подходя к своему жилищу, он увидел, что в коридоре возле его двери кто-то стоит. Подойдя ближе, он узнал своего старого товарища Манфреда Киртана и поприветствовал его:

— Здрав будь, Манфред, меня ожидаешь?

— Да, — тот кивнул головой. — Кто делом бури сейчас занимается?

— По прежнему я, только их на волю отпустили, и теперь мы только издалека за ними наблюдаем через норгенгордских служителей.

— Хорошо, надо поговорить, Фриге.

— Проходи, — Нойм распахнул дверь.

Жрецы вошли в стандартную и небольшую комнату, сели за стол у окна, выходящего во внутренний двор храма, и Манфред спросил:

— Ты ведь в курсе, что пока ты был в Эльмайноре, именно я занимался их некоторым ознакомлением с основами магии и волошбы?

— Конечно, — подтведил Фриге.

— Так вот, после того как они покинули столицу, по поручению Верховного я продолжил отслеживать их родословную и собирать по архивам все, что только можно было нарыть относительно бури.

— А мне, почему ничего не говорил? Это что, недоверие ко мне со стороны Хайнтли Дортраса? — Нойм напрягся и крепко стиснул кулаки.

— Нет, — Манфред пожал плечами. — Интересной информации не было, точнее, она в единое целое никак не складывалась, так, рваные куски какие-то. Опять же война, не до того, было, времени ни на что не хватало. Сейчас кое-что появилось, вот и зашел к тебе.

— Ну, ладно, говори, что интересного узнал.

— По большому счету ничего нового, просто поговорить хотел и посоветоваться. Как известно, бури в мире Тельхор были всегда, но за пределы своего сообщества они выходили редко, и про них мало что известно. Вот и эти трое, сколько работал с ними, а для меня они так и остались чем-то непонятным и странным. Это какая-то природная аномалия среди людей, но в то же время очень закономерная. Ты помнишь трактат великого медикуса Болейраса из Фергона?