"Приготовился, мать его", – подумала Лили, повернувшись за ним на каблуках и увидев его расслабленную позу.

– Иди ко мне, – сказал он.

Лилиан медленно сделала пару шагов.

– Достаточно, – проговорил он. – Раздевайся.

Та линия поведения, типичная для Лили-лед, которую, казалось, она смогла восстановить, мгновенно сошла на нет. Во рту девушки внезапно пересохло, и она только крепче сжала руки.

– Мне самому сорвать с тебя одежду? Может, тебе по душе грубость? В первый раз? – он вопросительно приподнял бровь.

Лилиан обреченно вздохнула и начала расстегивать блузку. Пальцы не слушались, было ясно видно, как сильно она нервничает. Вот блузка оказалась на полу. Следом к ее ногам упала юбка. Она неуверенно переступила через нее и осталась только в кружевном черном белье.

– Я люблю черный цвет, – его глаза блеснули, – но снимай все. Пожалуй, кроме босоножек.

Девушка расстегнула лифчик и отбросила его, прикрыв грудь рукой.

– Не закрывайся, я хочу видеть тебя всю! – резко сказал он.

В глазах Лилиан показались слезы, но она поспешно сморгнула их. Не хватало еще показать этому чудовищу, насколько ей сейчас плохо. Опустила руки. Грудь девушки была небольшая, красивой формы, с маленькими розовыми сосками. Люциан шумно выдохнул:

– Дальше.

Лили нагнулась, чтобы снять трусики, от чего грудь ее призывно качнулась в его сторону.

Люциан тут же поднялся и подошел к ней. Взяв девушку за подбородок, он заставил ее смотреть ему в глаза и увидел стоящие в них слезы.

– Красивая Лили, – пробормотал он.

– Откуда…, – начала было она, но Люциан оборвал ее:

– Молчи.

Он коснулся большим пальцем ее нижней губы. Затем ладонью провел по центру груди, остановившись на уровне сердца. Слыша, как оно лихорадочно стучит под его рукой. Переместился чуть левее и слегка сжал пальцами сосок.

Лилиан судорожно вздохнула. Тыльной стороной ладони он погладил ее живот, опускаясь все ниже, пока не прижал руку к ее холмику.

Лили почувствовала жар, исходящий от его ладони, и затаила дыхание. Люциан пальцами нашел крошечный источник женского удовольствия.

Девушка дернулась. Он начал медленно гладить мягкие завитки. Лилиан часто задышала. Он немного ускорил движения.

Лили невольно шире расставила ноги и подалась к нему навстречу. Его рука совершала круговые движения все быстрее и быстрее.

Ноги перестали держать ее, и она ухватилась за его плечи. По телу прокатилась волна тепла, казалось, достигнув кончиков пальцев.

Он двигал рукой интенсивно и не менял положения. Огненный шар, зарождавшийся внизу ее живота, внезапно распался на тысячи маленьких искорок. Дрожь сотрясла ее тело, она громко застонала и уткнулась головой в его грудь.

Он обнял ее и сказал, поглаживая по спине:

– Ты действительно сладкая. Сладкая Лили.

Лилиан подняла на него глаза. На лице Люциана была довольная улыбка. Ему, несомненно, понравилась ее реакция.

Лили попыталась отстраниться, но он не позволил ей это сделать:

– Тише. Это еще не все.

Люциан поднял ее на руки и плавно опустил на пол. Лилиан склонила согнутые в коленях ноги набок. Он расстегнул ремень. Затем мягко раздвинул ее ноги и подтянул ближе к себе.

Лили тихо попросила:

– Пожалуйста, не надо.

Он наклонился над ней и прикоснулся губами к ее губам. Сначала легко, нежно, но потом все настойчивее, вынуждая ее ответить. Ее губы чуть приоткрылись, и его язык тут же скользнул в ее рот, исследуя, обжигая, танцуя.

Лилиан стало не хватать воздуха. Он отстранился, глядя на нее. Она судорожно глотала воздух. В его глазах плескался жидкий огонь.

Он еще раз прижался к ее губам, чуть отодвинулся и резко вошел в нее, ловя своим ртом ее крик…

По лицу девушки потекла слезинка, прочертив узкую соленую дорожку. Люциан начал медленно двигаться. Лилиан вдруг притянула его к себе и прошептала на ухо:

– Подожди, пожалуйста.

Он замер. Ей понадобилось некоторое время, чтоб приспособиться: она поерзала бедрами и, невольно, приняла его еще глубже. Испугано вскрикнула, а спустя мгновение мужчина прохрипел:

"Не могу больше", – и впился в ее губы. Его движения стали быстрыми, грубыми. Лилиан, к своему удивлению, не ощущала боли, только тепло и странную наполненность.

Люциан в последний раз резко толкнулся в нее и по-звериному зарычал. Потом перекатился на спину и лег рядом с ней.