— Да подавись… — завернул тот.

— Русский?

— Ромей!

— А, еврей! — осознал Глеб.

Толмач проговорился.

— Но не жид!

— Кто бы говорил! Устроился за чужой счёт! — уяснил Глеб. — А ну пойдём — выйдем на два слова! Есть о чём потолковать с глазу на глаз! Даже больше скажу — сразу в глаз!

Незнакомец сжал кулак.

— Моя твоя не понимать!

— От ты рожа жидовская! А ещё русский! Когда не сдаются! Трус…

— Хм…

— Тьфу…

Говорить Глебу с толмачом было больше не о чем. Впрочем, как и легатом. Зато за ним увязался центурион. Переводчиком в дальнейшем меж ними выступил принцип.

Их отправляли в дальний дозор.

— Ясно, пытаются избавиться от греха подальше, — уяснил Глеб. И потребовал лошадей. И не только. А целый конный разъезд. — Зачем?.. Так надо — и самим, а не мне! Разведка — я разведчиком был в своём времени! Карта нужна?

Принцип перевёл центуриону. Тот сказал, что подумает над предложением — подался к легату. Там его на вершине центральной башни и узрел Глеб с…

— Кстати, будем знакомы, — протянул он руку для данной цели принципу.

Тот назвался Гаем.

— Точно не Юлий? Не Цезарь?

Попутно Глеб узнал имена иных военачальников в гарнизоне и численность, научившись улавливать смысл не только слов, но и знаков, кои чертил на земле мечом принцип. Уж что-то что, а в римских цифрах разбирался, как любой торгаш или книголюб. Они основа основ нумерации.

В лагере находилась когорта, занимающаяся продовольственными и хозяйственными вопросами — снабженцы. Легат, он же самозванец, именовался Гракхом. Центурион, командующий манипулом легионеров-ветеранов — Луцием. Итого под их началом около 900 воинов. Сила не Бог весть какая, но народу и впрямь достаточно. Вопрос для чего — населённого пункта, но никак не для боевого лагеря. Оружие примитивнее и придумать нельзя. Пока цепкий взгляд Глеба не выхватил пару механизмов укрытых навесами из тряпиц.

— Баллисты!..

Выяснил — их четыре и принадлежат ветеранам — манипулу Луция. Дополнительно Гай сообщил: стреляют на 2–4 стадии. То бишь 360–720 метров. Плюс-минус ещё полстадии туда-сюда. И попали сюда, погибая в боях. Каждого из них пожгли варвары, либо "кремировали" живьём, используя в качестве материала для растопки.

— Бывает… — согласился Глеб. — Влип в историю — и такую: не передать на словах! А если призадуматься, то лучше не стоит — свихнёшься!

Как ни странно было, но им выделили конный разъезд. Хотя и тут не обошлось без толмача.

— Подстава! — взглянул Глеб на кляч и вояк на них.

— Гладиаторы… — пояснил коротко Гай.

— А вот это они зря — и просчитались, — неожиданно порадовался Глеб. Другое дело — сидели неумело в седле. Но день скачек, и привыкнут, если жить захотят. А презирали смерть, как и своих поработителей. — Я вам не патриций! Но и вы не плебеи для меня!

Гай перевёл, как сам понял слова спецназовца. И уточнять их подоплёку Глеб не стал. Он повёл, а не погнал коня. Сам учился верховой езде.

— Степняков бы — тех же татаро-монгол — горы бы свернули! И ад подняли бы на уши!

Приложился к оптике "ВАЛа". Кругом ни одной живой души. Положился на ручные часы и одновременно компас. Толку от данного предмета роскоши. Барахлили.

В дальнейшем предстояло отмечать проделанный путь конным отрядом гладиаторов.

— Хэх… — лишний раз отметил Глеб про себя. — Кому бы рассказать — ни за что не поверят!

Он всё ещё не терял надежды выбраться отсюда — стремился вырваться. А иначе как — никак — тешил себя надеждой. И умирала последней.

Где-то приблизительно по прохождению километра он приказал на вершине холма установить опознак из скелета твари. Череп отсутствовал, как и шкура, а вот кости имелись — ещё не забрали на строительство лагеря римляне при создании вала с кольями из них же. Того и гляди: разберут и ещё сегодня. Настаивал делать и далее их, опасаясь заблудиться на пустынной местности, где не имелось никаких иных привязок. Те же звёзды на небе или светило — отсутствовали. Стороны света не определишь. Вообще ничего.

Оазис закончился ближе к полудню по прикидкам Глеба. Гладиаторы спешились, организуя привал. Принцип выставил часовых, погрозив мечом снести головы, если это раньше него не сделают твари.

Следы адских порождений были повсюду. Иной раз даже сами мелькали тёмными пятнами собственных силуэтов на дальнем горизонте. Ходили кругами вокруг будущей добычи.

Хотелось спать, но ещё больше есть, не говоря уже про то, что пить. На поиски источника влаги и отправился Глеб. И пока нигде ничего — даже намёка не то, что на ручеёк или озерцо, но даже лужу грязи. Кругом на многие мили пыль, камни и песок. Раскопки также результатов не дали. Работать приходилось мечами, как лопатами и выгребать жаркую почву руками, обжигая пальцы.