— Пошли, а то скоро стемнеет, — окликнул меня Лур.

Стемнело и впрямь быстро. Повеяло холодом и сыростью. Следовательно, в Варонде уже поздняя осень, а у меня ничего теплого. У меня вообще ничего, кроме дорожного платья.

— На, накинь мою рубашку, — предложил Лур, — Они у меня теплые.

— Пусть милосердны будут к тебе боги, — разулыбалась я, кутаясь в длинное одеяние. Завернула рукава повыше, застегнулась на все пуговицы, перевязала поясом, и получила себе новое теплое платье.

— С твоим ростом, — усмехнулся драконид, — моя рубашка, скорее укороченная мантия.

— Ничего, — горделиво оскалилась я, — и не в таком ходили. Зато голые коленки не видно.

— И то, верно, — хмыкнул Лур, сверкая глазами цвета морской волны.

Вскоре сделали привал. Лур таскал ветки, я разводила огонь. Перекусили вяленым мясом, запили травяным чаем. Спать еще не хотелось, да и холод начал продирать до костей. Села поближе к огню.

— Ты лучше сними перчатки, а то к завтрашнему утру руки онемеют, — посоветовала я спутнику.

Лур не снимал, а сдирал перчатки, как вторую кожу, и если бы не чешуя, то и вовсе бы взвыл от боли.

— Дай посмотрю, — поморщилась я от вида действа, и воскликнула, — Да они же женские! Как ты их вообще натянул?!!

— Да, — кивнул Лур, разминая отекшие пальцы, — Подарила одна знакомая.

— На Базаре?

— На нем самом.

— Дай мне вон ту бутыль, — показала в сторону распахнутой сумки.

— Это же настой! — удивился Лур.

— Он мне и нужен, — буркнула я.

— Я сам могу сделать.

— Не ворчи, — отмахнулась от протянутой руки.

Обильно смазала перчатки настоем. Но чтобы растянуть кожу оборотня этого не достаточно, нужно носить и носить.

— Надень-ка.

— Может, не надо, — расстроился Лур.

— Надень…. поколдую, — настояла я на своем.

— Ну, хорошо, — согласился драконид с неохотой.

А вот как драконид втискивался в перчатки это еще интереснее: палец за пальцем, начиная с когтей, очень осторожно, натягивал кожу до придела. У бедняги даже испарина выступила.

— Все, — оповестил драконид, вытягивая руки перед собой.

— Больно? — пожалела я спутника.

— Настой щиплет, — поморщился Лур.

— Потерпи.

Ладони вспотели от напряжения, когда бормоча себе заговоры и заклинания, растирала неподатливую кожу. Не совсем обычный способ повлиять на свойства кожи оборотня, но действенный. Минут через пять ощутила, что поверхность под кончиками пальцев становится эластичнее и мягче. Смазав ладони жиром, который выкопала в недрах сумки Лура, продолжила процедуру.

— Лучше? — спросила, разомлевшего от массажа, драконида.

— Угу, — кивнул он.

— Не "угу", а отвечай. Чувствуешь изменения?

— Какие? — сонно улыбнулся тот, едва удерживаясь, чтобы не уснуть прямо так, сидя передо мной с вытянутыми руками.

— Такие, — ткнула ему пальцем в переносицу и засмеялась, — Пора на боковую, а то ты скоро на меня свалишься.

Лур без промедления стащил перчатки, укутался в покрывало и уснул. Я улыбнулась и тоже легла спать. Сегодня спала без сновидений, и ночь пролетела в мгновение ока.

Маленькому королевству Орсака удалось не только удивить, но и сильно расстроить меня. Приземистые деревянные домики, разбросанные в хаотичном порядке на участках незаболоченной земли, имели ветхий и заброшенный вид. Надрывный лай собак, встречавший нас у главной дороги, отличался какой-то тоскливой обреченностью.

После цветущего, в прямом смысле этого слова, чистого и ухоженного Лесного поселения, Орсак выглядел до отвращения нищим, загаженным и забытым всеми богами местом. Посмотреть на путников вышли все, кто еще мог ходить. Оголодавшие, измотанные крестьянские лица выглядывали из кустов, заборов, окон домов и даже из колодца.

— Что здесь произошло, Лур? — спросила драконида, смущенно отворачиваясь от вида нищеты.

— Не знаю, — пожал он плечами, сам не без недоумения озираясь по сторонам, — Я здесь года четыре не был.

— А тогда?

— Все было по-другому.

До замка Орсак оставалось идти всего ничего. Вон он, виднелся вдалеке! Но вид грязного, оборвыша, едва волочащего ноги, отвлек от созерцания серых обвитых засохшим вьюном каменных стен.

— Эй, парень, ты как? — обратилась к нему.