Семинар у неё был по-настоящему интересный… и своеобразный. "Куклы и кукловоды" — так он назывался, и я почерпнула из него множество любопытных вещей. В частности, магистр открыла мне глаза на некоторые действия моей дорогой благородной родни. Как ни странно, но механизмы управления големами и людьми во многом схожи.

"Стала бы Элинь со мной возиться, если бы была знакома не с маской, а с реальной Хеленой?"

— Спасибо, Линь.

— Да ладно тебе! — отмахнулась подруга. — Мне ничего это не стоило. Магистру не хватало помощников, вот я и рассказала про тебя.

Не сказала, но я поняла — люди напуганы. Слухи о таинственном чародее, затем появление странной девушки из Портала… Любому нормальному человеку, будь он хоть трижды магом, станет не по себе.

Как же повезло мастеру Элайе, что я не столь робка, как кажусь.

Над девушкой-куклой кто-то успел поставить Щит Безвременья, простое заклинание из старинной доранлисской школы. Оно не останавливало течение времени на самом деле (это было бы слишком хорошо), а просто затормаживало процессы разложения. Легко пройдя сквозь мерцающий купол, я увидела создание, поставившее в тупик лучших магов Вейларнии.

Широко раскинув руки, на полу серебристого дерева лежала юная девушка, почти девочка. Из-за покроя белого платья она походила на мёртвую бабочку. Бледная кожа, волосы, словно снег, поддёрнутые матовой плёнкой чёрные глаза… Слепая кукла, сломанная игрушка. Чары притормозили её распад, но ненадолго.

"Скоро от неё останется лишь горстка праха. Госпожа Элайя будет расстроена".

Если мне хотели подать знак или передать послание, то просчитались. Я не сильна в загадках.

— Кто же ты? — глупо задавать вопросы вещи, но я не удержалась. — И кто твой хозяин?

Ответом мне было красноречивое молчание.

Преодолев брезгливость, я коснулась бледной руки. На ощупь кожа была холодной, слишком гладкой. Пахло от неё грозой.

"Запах близящихся перемен".

Я наклонилась, чтобы лучше рассмотреть лицо куклы, и тут случилось нечто удивительное: рот девушки приоткрылся, из него выпорхнул и сел мне на руку маленький синий мотылёк. От его крыльев исходило мягкое сияние.

— Ты послание? — мотылёк как мотылёк, только родом явно не из Эмьвио Косом. — Или дар?

Конечно, он мне тоже не ответил, да я и не ждала ответа.

Наши предки-варвары верили, будто душа бабочкой вылетает из уст умирающего. В память об этом мы высекаем изображение красивых, но таких недолговечных крылатых созданий на могильных камнях. Значит ли это…

…я боялась даже произнести про себя то, на что страстно надеялась.

Мотылёк исчез, но я точно знала — он остался со мной. Прекрасный, невероятно щёдрый дар. Душа, вырванная ради меня из небытия.

— Ну как? — жизнерадостный вопрос Линь разорвал нить моих размышлений. — Нашла что-нибудь интересное?

— Нет. Ничего.

— Жаль, — искренне посочувствовала подруга. — Ладно, пойдём перекусим. Ты наверно совсем оголодала.

Есть мне действительно хотелось, так что я согласилась на любезное предложение. Однако уже на пороге зала Порталов меня окликнули со спины:

— Хелена Тэйресская!

Поскольку голос показался знакомым, я обернулась. Память не подвела: моё имя выкрикнул утренний блондин с чёрной тетрадью.

— Это я, но зачем…

— Магистр Ленрой просил передать кое-что, — меня перебили — я проглотила; судя по взволнованному лицу мальчишки, он был опьянён ликованием. Ещё бы! Сам мастер возложил на него миссию. — Из-за блокировки наших Порталов в Оэрру придётся добираться через дейлонский.

У меня подкосились колени.

Дейлон… Королевство с неприступными крепостями, суровыми жителями и дотошными чиновниками. Они сразу поймут, что мои документы — искусная фальшивка. Справленные благородными родичами бумаги хорошо послужили мне на родине, но заграницей… В Старом Свете уже давно отказались от заверяющих личность бумаг, но Дейлон, ближайший дружественный сосед Вейларнии, объявил о своей независимости от Эхтрока сравнительно недавно, и потому всеми добродетелями и пороками молодой страны обладал в полной мере.

Что же делать? Законы в Дейлоне строги, а упоминание имени могущественных в Вейларнии Лерьэнов скорее навредит, чем поможет. Когда-то Дерзкие что-то не поделили с местной королевской семьёй, и с тех пор находятся с ней в вялом противостоянии. Если меня поймают, разразится скандал, причём пострадаю не только я и моя благородная родня, но и мама, папа, Андрэ…

— Кажется я случайно положила в сумку зеркало, — сказала я подруге. — Теперь точно не проверить, вещи уже в Оэрре, но ты ведь знаешь, какая это плохая примета… Глупо, но у меня дурное предчувствие.