— Мне жаль.

Что я ещё могла сказать?

Мой друг посмотрел на меня взглядом, полным боли.

— Многие, очень многие превратились в тех, кого вы теперь зовёте демонами. И я готов был на всё, только бы не повторить их судьбы.

"Нами всеми управляют страхи. Некоторыми меньше, некоторыми больше".

— После смерти Бога окончательно рухнул Естественный закон. Варвары, почувствовал нашу слабость, подступили к стенам столицы. Они готовились осаждать город. Я должен был остаться и сражаться на стенах, как и истинный сын Эйана, но моя трусость одолела долг.

— Ты сбежал в Ортано Косом.

— Да, — понуро опустив голову, признался Миарк. — Ты презираешь меня?

— Нет. Если бы ты погиб тогда, наши пути могли пересечься гораздо раньше. Как боевая жрица Жиюнны я занималась экзорцизмом и достигла в нём некоторых успехов.

Миарк печально улыбнулся.

— Я мог и выжить, принцесса. Конечно, меня нельзя назвать мастером меча, но и полным неумехой тоже. Моя помощь бы пригодилась при восстановлении Эйана…

"Что один человек? Песчинка в пустыне. Капля в море. Зарубка на топоре дикаря".

Древняя Империя была обречена.

— Не кори себя. Золотая эпоха закончилася со смерть Создателя, а вместе с ним ушёл в легенды и Эйан.

— С тобой трудно не согласиться, — невесело усмехнулся Миарк. — Отсюда я наблюдал за Эмьвио Косом, и как не силился, не мог найти в нём место для Золотой Империи.

Я чувствовала, он хотел добавить — "и для меня тоже". Мне захотелось утешить друга.

— Я всегда буду твоим другом. Что бы ни случилось.

Эйанец обнял меня.

— Ты особенная, Хелена. Я понял это ещё при первой нашей встрече.

— Особенная? Что ты имеешь в виду?

Когда-то я была жрицей Жиюнны. Сейчас во мне живёт магия. Есть ещё Печальный бог, мой личный бог… За мной охотятся неизвестные, а таинственное существо по имени Ироном сделало роскошный подарок.

"Делает ли меня подобный набор особенной?"

— Мой отец был гением, — со светлой грустью сказал Миарк. — На весь Эйан он прославился остротой ума и превратил мёртвую возлюбленную в богиню. Я, его жалкий сын, не преуспел ни в чём, но при рождении Бог наградил меня одним редким даром — чтением человеческих душ. Твоя, Хелена, вся залита светом. И с каждым днём он становится всё ярче.

"Неужели так он видит мою любовь к Лионелю?"

— Спасибо.

Пока мы разговаривали, дом Королевы изменялся, превращаясь в настоящий дворец. До сих пор Владычица жила в трауре по любимому, но ради принца решила забыть печаль. Теперь всё будет по-другому.

— А ведь мой брат красавчик. Правда, принцесса? — озорно подмигнув, спросил меня Миарк.

Я хмыкнула и хлопнула его по плечу.

— Правда. Тебе до него далеко.

"Печальный бог, если ты слышишь меня отсюда — знай, я не дам погаснуть своему Свету. Никогда".

Жизнь дворцовой девушки нелегка. Особенно, если твоя госпожа — Белая Королева.

— Ты будешь лично прислуживать принцу, — сказала мне сотворённая богиня вскоре после пробуждения Ларандина.

"Быть в свите особы королевской крови величайшая честь. О, да я делаю карьеру!"

— А остальные? Какие роли им уготованы?

— Тебе это так важно? — Владычица насмешливо вскинула тонкую бровь и милостиво объявила:

— Могу отдать их под твоё начальство.

— Благодарю, — я склонилась в церемониальном поклоне.

"Мою гордость сломили. Как… печально".

Миарк и дети перешли под мою власть, хотя говорить им об этом я не собиралась. Мне просто хотелось держать всех истинно живых в Ортано Косом вместе.

— Не забывай о нашем договоре. Ты всё ещё должна мне услугу.

Слова властительницы резанули мне по сердцу.

"Зачем каждый раз напоминать?"

— Я никогда ничего не забываю.

— Тем лучше. Забывчивая служанка ничем не лучше сломанной вещи, а я терпеть не могу сломанных вещей.

В голосе Белой слышались нотки отвращения. Опасный признак. Припадки дурного настроения у Королевы случались часто, и срывала его она на слугах. Особенное удовольствие ей доставляло изводить меня и Миарка. Впрочем, эйанец смиренно и даже с некоторой охотой выполнял любые поручения хозяйки, в том числе и самые бессмысленные.

Вопреки законам логики, со временем я всё меньше понимала Пустой мир и его обитателей.

В небольшой комнате с закруглёнными углами, за столом из полированного дерева цвета пепла, сидели я и мой эйанский друг. Компанию нам составляла стопка переплетённых в тёмную кожу рукописей, изящные фарфоровые чайник и две чашки с блюдцами (всё из одного сервиза). С пробуждением принца жизнь в доме Королевы воистину изменилась к лучшему.