Поймав мой потерянный взгляд, волк чуть отступил, припал на передние лапы, и будто собака, виляя хвостом, пополз ко мне, доверчиво уткнувшись в мою ладонь теплым носом.

— Хороший волчик… — Не веря сама себе, пробормотала и осторожно погладила белую, словно светящуюся изнутри шерсть на загривке. И грозный хозяин леса ничуть не возражал, подвинулся поближе, опустив лобастую голову мне на колени, продолжая постукивать по земле хвостом, вылизывая осмелевшие руки, ласкающие его.

— Да уж, время колдовства… — Тихо прошептала я, удостоившись пристального взгляда от волка, на миг переставшего ластиться ко мне. Прежняя Вира умерла бы от страха, случись ей оказаться ночью в диком лесу. Она не стала бы говорить с гномиком, посчитав его плодом воспалившегося сознания, и бросилась бы прочь, едва завидев волка.

Но пришли они… и нет, мир остался прежним, но изменилась я, словно ожив после долгой зимы.

Мои лорды, мои друзья, мои…

Мне не было суждено закончить мысль, ибо где-то вдалеке, на крыше полуразвалившегося храма пробудился ото сна Страж, огласив окрестности страшным ревом.

Вздрогнув, я хотела вскочить на ноги, броситься прочь, но этого не дал сделать белый хищник всем весом придавивший меня к сосне.

— Пусти! — Отчаянно крикнула я, но он и не подумал подчиняться. Извернувшись под невозможным для живого существа углом, вновь посмотрел мне в глаза и вновь лизнул мои дрожащие губы — будто поцеловал.

Я лишь всхлипнула, а в следующий миг вокруг поляны замелькали тени. Деревья гнулись, будто игрушки, выл разгулявшийся ветер, а где-то в просветах между стволами мелькало тело и морда, страшного карлика. На миг наши глаза повстречались, и мне показалось, что вот-вот он прорвется на поляну, а в следующую секунду волк прыгнул вперед, страшно оскалился, закрывая меня собственным телом. И Страж отступил, издав новый ужасающий вопль, сорвавший все до последней иголки с застонавших сосен.

А следом за этим страшным ревом раздался иступленный крик, в котором я узнала голос Зака:

— Вира, не уходи с поляны!

Я лишь всхлипнула.

А там, за кругом из сосен, происходило самое настоящее сражение. Выл ветер, метались ожившие тени, небо озаряли вспышки молний. Наверное, я бы не выдержала и бросилась прочь, если бы не волк. Одним прыжком добравшись до меня, зверь прижался ко мне, позволяя зарыться в густую шерсть и то и дело проходя горячим, словно человеческим языком по моей щеке и шее, слизывая слезы ужаса, и доказывая, что я все еще жива.

А за поляной происходило что-то, чему не было места в привычном мире; Страж ревел, выл, сотрясая землю ударами каменных кулаков, и, казалось, этому не будет конца…но внезапно все стихло и на поляну ворвались растрепанные и грязные, но такие привычные и знакомые Зак и Светоч, словно на клинок налетевшие на взгляд моего волчка.

Остановилась и я, дорогу которой заступил белый хищник. Скалясь и рыча, он рыл землю когтистыми лапами, не позволяя мне приблизиться к моим графам.

— Вол…

— Ты?! — От ненависти в голосе Зака сжалось сердце. А спустя миг я поняла, что вся ярость и бешенство направлены вовсе не на меня, а на волка, рычащего у моих ног.

— Вира, отойди от него. — Приказал Светоч, словно из воздуха извлекая залитый чем-то черным меч. Словно поняв его слова, зверь рявкнул, прижимаясь всем телом к растерянной и ничего не понимающей мне.

— Светоч, я… — всхлипнула я, кулаком вытирая мокрую щеку.

— Потом. — Рыкнул беловолосый, и неожиданно произнес мягким, умоляющим голосом: — Вира, девочка моя, хорошая, умная, бесценная. Я всё тебе расскажу, но позже… Сейчас сделай, как я прошу — отойди от него. Он плохой — желает тебе зла…

Я только смотрела на него, не понимая, о чем говорит мой друг, но его понял волк, с разъяренным рыком бросившийся на беловолосого графа.

Я закричала, а в следующее мгновение наперерез белому бросилась черная тень, сбивая его с ног, за секунду до того, как страшные клыки сомкнулись на запястье бледного, выдержавшего целую битву Светоча. По поляне, сцепившись, покатились два волка — черный, как смоль, и белый, будто снег.

Но не успела я ничего предпринять, как ко мне бросился Зак. Схватил в охапку и в мгновение ока, добравшись до вынырнувшего из темноты Вестника, забросил меня в седло, вскочил сам и подхлестнул умного зверя, безжалостно подгоняя его. Спустя мгновение с нами поравнялся Светоч, бросивший на меня полубезумный, затравленный взгляд.

Мы неслись вперед с такой скоростью, что дорога слилась в смазанную полосу, а за нашей спиной разгорался новый день, тонкой полоской заалевший на западе.

Двумя тенями ворвавшись в пустой двор, братья буквально протащили меня по подземному ходу, втолкнув в комнату, озаренную первыми лучами нового дня.

«Он все-таки украл эти проклятые шторы» — Успела подумать совершенно растерянная и ничего не понимающая я, отстраненно рассматривая обрывки ткани, качающиеся в опустевших кольцах багета. Вся комната была залита мягким, словно ласкающим меня светом, которого так хотелось коснуться. Зачарованная, я протянула руку, позволяя первым солнечным лучам заскользить по коже, вызолачивая исцарапанные руки…

А в следующее мгновение жестокие руки Зака схватили меня за талию, заволакивая обратно в подземный ход; прыгнул вперед потрепанный и исцарапанный Светоч, торопливо задвигая картину, опустившуюся за мгновение до того, как в озаренном лучами входе возник храмовник, рассмеявшийся в лицо зарычавшим, словно дикие звери, братьям: