Отчёт и сводная таблица по кланам были составлены, просмотрены и одобрены Вторым помощником, теперь предстояло, исправив небольшие недочёты, отдать их Эсфохеру, но его не оказалось на месте: видимо, уже ушёл домой.

–  Документы по Суйлиму? Давайте сразу мне.

Замершая в задумчивости перед дверью заместителя департамента Зара вздрогнула и обернулась. Нубар Эрш. Один, всего в паре шагов от неё. Смотрит и держится, как раньше, будто бы и не было короткого служебного романа.

Она протянула ему бумаги, но не ушла.

–  Зара, Вы что-то ещё хотели?

–  Да, - Зара заставила себя произнести это страшное слово. Сколько можно носить это в себе, откладывать, мучиться?
– Я хотела бы обсудить с Вами один вопрос. По возможности, не в коридоре.

Он жестом указал на дверь своего кабинета.

Скромно присев на стул, в волнении сжав пальцы, она не знала, как начать. Молчание затягивалось и становилось неприличным. А Эрш не предпринимал никаких попыток подтолкнуть её: сидел за столом и что-то писал. Будто её и нет.

–  Сеньор Эрш, я не знаю, как начать...

–  Думаю, с начала. Что там у Вас, что Вы боитесь об этом

сказать?

–  Я совершила неблаговидный поступок и хотела бы попросить прощения, - потупившись, на одном дыхании, чтобы не дать себе шанса передумать, произнесла Зара.
– Я... я не думала, что говорю. Я разозлилась оттого, что кто-то посмел проигнорировать мои желания. Я привыкла, что мне во всём потакают, часто не думаю о чувствах других людей, о том, что оскорбляю их, унижаю... Если бы я могла повернуть время вспять, то промолчала бы. Простите меня, эгоистичную вспыльчивую девчонку, возомнившую себя центром мира. Я кругом виновата и не достойна...

–  И чего же Вы не достойны?
– Эрш оторвался от своих бумаг и пристально уставился на неё.

–  Вашей любви. Но не буду отнимать Ваше время. Спасибо, что выслушали, - Зара встала, повернулась к нему спиной.

–  Сядь, пожалуйста, - он насильно посадил её на диван и сел рядом, скользя пальцами по руке, убирая волнение.
– Успокойся!

–  Вы никогда меня не простите, - вздохнув, пробормотала она, невольно прижимаясь к нему.

Вторая рука Эрша легла ей на плечи, ласково гладила по спине, зарывалась пальцами в волосы. Поддавшись чувствам, Зара прильнула к нему, обняла и уткнулась лицом в рубашку.

–  Я уже простил, два дня назад. Всё ждал, когда ты сама всё поймёшь и наберёшься храбрости признать свою неправоту. И я люблю тебя, иллайя. Что бы ты ни сделала, всё равно люблю.

Он усадил её себе на колени. Девушка хотела что-то сказать, но слова утонули в поцелуе.

Утром, проснувшись в чужой постели и нежась посреди бельевого беспорядка - последствий минувшей ночи, оставившей на память о себе царапины на спине любовника и прокушенную от удовольствия губу Зары, она наконец-то смогла оглядеться: вечером на такие мелочи времени не было. Страстные поцелуи начались ещё в кабинете и грозили окончиться осквернением дивана, так что открытый Эршем

телепорт пришёлся как нельзя кстати.

Сразу видно, что хозяин спальни - холостяк и фанатик работы. Даже здесь - книги и небольшое бюро с письменным прибором. Скромно, зато кровать большая, удобная и устойчивая, как раз то, что нужно для того, чем они занимались этой ночью.

Везде - идеальный порядок, как и в его рабочем кабинете.

На прикроватном столике лежала записка: 'Извини, не дождался, пока ты откроешь глаза, а будить было жалко. Один раз опоздаешь, ругать не стану. Как телепортом пользоваться, надеюсь, не забыла? Я изменил установки защиты, дом тебя пропустит. Жду на работе к половине одиннадцатого. Здесь -как захочешь'.

Затем была пропущена строка и дописано: 'Да, демонической крови в тебе много!'.

Уничтожив записку, Зара забрала из кресла одежду (не поленился, собрал и аккуратно сложил в одно место) и, не одеваясь, щёлкнула телепортом, задав координаты собственной спальни.

Глава 41.

–  Зара, просыпайся! Мы проспали.

Она неохотно открыла глаза и, сладко потянувшись, сонно уставилась на Эрша. Тот торопливо одевался, то и дело бросая взгляд на часы. Зара невольно хихикнула: как любовник, спугнутый неожиданно вернувшимся мужем.

–  Наконец-то добудился! Уже без четверти девять. Мне завтракать придётся на работе, а ты, если поторопишься, перекусишь чем-нибудь дома. Учти, попадёшься на глаза, получишь замечание за опоздание. Появись на работе где-нибудь в четверть десятого. Так что давай, иллайя, открывай телепорт и возвращайся домой. Интересно, что ты родным-то врёшь?

Он уже застегнул рубашку и спешно приглаживал волосы.

–  Ничего. Я же завтракаю вместе с ними: ровно в восемь ты меня выпроваживаешь. Нубар, - она встала, подошла к нему и прошлась пальцами от подбородка до живота, - ты хоть раз в жизни на работу опоздать не хочешь?