Два выстрела из снайперской винтовки, очередь из автомата - всего этого хватило арабам внизу, чтобы моментально сориентироваться в ситуации. Хлестанув верблюдов по бокам, бедуины припустили в сторону противоположную холма, с которого их так недружелюбно встретили свинцовым дождем.

Но и нам поднять головы арабы не дали: отступая, они беспрерывно палили из автоматов и винтовок. Вершина бархана - не самая лучшая защита от огня; пули то и дело выбивали фонтанчики песка, пришлось сползти немного ниже по склону холма.

Несмотря на паузу с нашей стороны, бедуины стрелять не прекратили. Они, вероятно, вели огонь попеременно, не давая противнику ни малейшей возможности поднять голов. Пальба длилась минуты три, но постепенно точность стрельбы становилась все меньше, а грохот оружия все тише. Судя по всему, напуганные внезапной атакой, с раненым на руках, бедуины сочли за лучшее просто ретироваться.

Едва обстрел прекратился, я, опережая Романа, рванул на гребень холма. Поздно! Внизу никого не было - только цепочка следов уводила за противоположный бархан.

–  Ушли, гады!
– прохрипел сбоку Борода.

–  Конечно, ушли! Какого стрелять было?

–  Какого-какого… - пробубнил Роман.
– Ну, был не прав, признаю. Чего уж теперь поделать? Пойдем, Андрей!

И направился вниз по склону.

Вот орел! Напортачил сперва, а теперь еще и командует! Прикладом его перетянуть, что ли? Нет, себе дороже.

Понять Романа не сложно. Сейчас мы с ним непонятно где: в богом и чертом забытой пустыне. Ближайшие Зоны - неизвестно где, а значит весь мой опыт "хождения" абсолютно ничего не стоит. Команды тоже рядом нет, опереться не на кого. Два человека среди бескрайнего моря песка; два не очень дружных человека, одному из которых всегда не очень нравилось главенство другого и который теперь с радостью действует по своей указке. Бунт на корабле! Хотя какой, к черту, бунт. К этому все и шло: Долгов последние месяцы своим поведением явно показывал, что остаться в Команде он мог лишь при одном условии - если сам станет Командиром. Еще бы, кто лучше всего дрался в нашей пятерке? Борода. Кто точнее всех в цель попадал? Тоже он.

Хорошо. Раз вариант с рукоприкладством отпадает, попробуем другой проверенный временем способ ведения борьбы.

Я тщательно отряхнул с "х/б" песок, и уселся, устроившись поудобнее, прямо у гребня бархана. Вниз по склону, утопая при каждом шаге, спускался Роман. Он, скорее всего, был твердо уверен, что я иду следом, и даже не оборачивался. Скатертью дорога!

Так хорошо просто сиднем сидеть, ничего не делая; наблюдать за прозрачным облачком, истаивающем в светло-шоколадном небосводе - солнцезащитные очки меняют цвета. Водички только бы побольше, а то припекает светило…

–  Андрей, что случилось? Тебя что, ранили?

Его величество Роман соизволили оглянуться. Приятно видеть недоумение на его лице.

–  Да нет, - я лениво потянулся.
– Просто идти не хочется.

–  Не понял, - Долгов, направился ко мне. Песка он сегодня наберет в ботинки немало.
– Андрей, ты чего?..

–  Да ничего, Борода. Я - ничего! А вот ты чего расскомандовался? Мы с тобой кто - Команда! А у команды должен быть один Командир - и точка! И не обязательно самый сильный - у нас не племя первобытное. Не нравится тебе под моим началом - иди куда хочешь, я тебя не неволю. А приказывать - кого-нибудь другого для этих целей ищи.

Роман задумался, почесал бороду. Потом, приняв решение, улыбнулся.

–  Хорошо,…командир. Пусть все будет как было… пока в Горган не вернемся. Там и поговорим.

–  Договорились!
– я встал с изрядно изжарившего "низ спины" песка.
– Ну а теперь объясни мне, куда ты собирался идти, куда с собой звал?

–  Туда, - рука Долгова указала в неопределенное место за его спиной, - ну, за этими чертями на верблюдах. Они наверняка, с раненым-то, к жилью поскакали. Так что, вполне можно выйти на их кишлак или что у них там…

–  Умно, конечно, - я улыбнулся.
– Тогда, что же мы тут еще сидим!? Вперед! Догнать пешим по песку верблюда - что может быть проще. За следующим барханом их настигнем! А если нет - ничего страшного. Ведь не беда, что деревня их может находиться в нескольких сутках, а то и недели пути. У нас - вон, воды немерено - целых три фляжки, и еды - хоть задницей жри, в смысле, на один раз перекусить. Слушай, я понял зачем ты меня с собой звал! Как консервы хотел использовать, да?

Роман очень не любил, когда над ним так изгалялись. Зуб даю, что разразись я этой тирадой в людном месте - Борода бы взорвался. Но сейчас он молчал, тем самым полностью признавая вину.

–  Согласен, не прав был, - пробубнил он себе под нос.
– Так у тебя какие предложения?

–  У меня?
– я сделал небольшую паузу; должен же я насладиться этой маленькой победой!
– У меня - простое предложение. Мы пойдем по следам бедуинов. Только не за ними, а от них…

–  К месту перестрелки?
– перебил Роман.

–  Точно! Можешь же, когда хочешь. Как ты понимаешь, они не друг с другом перестреливались и не в воздух палили: все-таки один из них ранен серьезно был. Значит, кого-то грабили. И, так как верблюдов у нашей четверки тоже было четыре, то, значит…