–  Вон Зияд сидит, - указал нам хозяин гостиницы на здоровяка.
– С ним поговорите…

–  Спасибо, почтенный. Пусть твои закрома всегда ломятся от зерна, а сундуки с богатствами заполняют весь твой чертог до самой крыши.

Похоже, Роман наконец-то проснулся.

–  Спасибо Ахмед. Джамал, пойдем поговорим с уважаемым Зиядом.

Мулат тем временем жестом подозвал помощника хозяина, который выполнял функции официанта, вышибалы, горничного и уборщика в одном лице. Человек принял заказ и направился к барной стойке, как раз мимо нас.

–  Постой, уважаемый, - остановил официанта я.
– Не скажешь, что заказал почтенный Зияд?

–  Бутылку вина, урожая 2003 года.

"Ого-го".

–  Запиши ее на наш счет и принеси еще одну.

Официант согласно кивнул и продолжил свой путь.

–  Андрей, слушай, это ведь мусульманская страна, - зашептал мне на ухо Долгов.
– Так почему он алкоголь жрет?

–  А я почем знаю, - огрызнулся я в ответ.
– Может, поменялись какие законы. Раз он пьет - то мы ему компанию составим… Добрый вечер уважаемый!
– это уже относилось к здоровяку.
– Разреши присесть?

Мулат за столом повернулся в нашу сторону, взглянул мне в лицо. Брови его нехорошо сошлись к переносице.

–  Европеец? Кто?

–  Не нервничай, брат!
– вступился Долгов.
– Это мой друг Андрей из далекой и снежной России. А я Джамал, сын Аль-Масира с ранних лет росший в горном Иране.

–  А… русский значит… - здоровяк успокоился.
– Садитесь, пожалуйста. А меня Зиядом зовут…

Не успели мы примоститься на старые деревянные стулья, как появился официант.

–  Вот, две бутылки, как и заказывали.

Зияд вопросительно взглянул на подошедшего.

–  Какие две? Я об одной говорил…

–  Ничего, брат. Это мы угощаем. Давай за знакомство!
– просиял Джамал-Роман.

Здоровяк ухмыльнулся.

–  Ну, раз вы угощаете…

Хорошо, что официант убирал за нами каждую выпитую бутылку - иначе пространство вокруг столика уже давно стало бы непроходимым. Сколько мы их осушили? Десять или больше? Я давно уже сбился со счета и сейчас просто "хилял": цедил вино из бокала малюсенькими глотками, в основном слушая перебивающих друг друга Романа и Зияда.

А услышать пришлось много чего, интересного и не очень. Зияд рассказал "своему брату Джамалу" о том, как сильно изменилась жизнь в Египте с послеобменных времен.

Оказалось, что Раас Хариб являлся чуть ли не единственным оплотом цивилизации на территории бывшей арабской республики. Относительный порядок (тот самый, который Долгов охарактеризовал одним словом "беспредел") поддерживали многочисленные полицейские, работающие на нынешнего хозяина окрестностей - мэра Мансура Зиятти. Сам мэр, кстати, на людях давно не появлялся и по городу поползли нехорошие слухи. Мол, что Мансура уже и нет в живых, а городом на самом деле правит начальник полиции.

–  Похоже на правду!
– Роман, в отличие от изрядно захмелевшего Зияда, держался молодцом.
– История нашего мира, мой брат, знала немало таких случаев.

–  Нет! Нет, Джамал!
– мулат хлопнул кулачищем по столу; на звук обернулись арабы на диване. Зияд жестом извинился перед ними, наклонился к Долгову и зашептал тому прямо в лицо.
– Жив Зиятти, жив! А начальник полиции предан ему, как верный пес.

–  Не верю!
– Борода гнул свою линию. Я же вообще опустил голову на руки, прикинувшись спящим.
– Зияд, брат, ну сам посуди, чем Мансур такую верность покупает?.

–  Чем, брат мой Джамал? Я тебе скажу. Вообще у нас в городе об этом не принято говорить, но тебе, брату, как не сказать. А этот, - пренебрежительный взмах в мою сторону, - шайтан с ним. Пусть слушает, неверный. Так вот, брат мой, Аллах подарил истинно верующим надежду на продолжение рода. Он второй раз создал женщин!

Так, вот это уже интересно. Продолжай араб, продолжай, родной мой! Долгов - тоже молодец; абсолютно ничем не выдает своей заинтересованности, напротив, пытается все в шутку обратить.

–  Ну ты даешь, Зияд! Сказанул - женщины второй раз. Наверное, вино крепкое?

–  Джамал, ты хочешь обозвать меня лжецом?
– здоровяк не на шутку рассердился.
– Так вот, слушай. У Мансура есть жена. Молодая - не старше двадцати. Ее мало кто видел. Мэр с нее глаз не сводит, поэтому и сам не показывается прилюдно.

–  Брехня… - лениво протянул Роман.
– Байки. Брат мой, я тебя не оскорбляю, я имею в виду, что тебя обманули.

–  Обманули?..
– усмехнулся Зияд.
– А теперь слушай ОЧЕНЬ внимательно. Сына. Мансура. Видел. Я. Сам.