Да, несомненно, — занавешенное окно светилось, хотя Яр точно помнил, как перед уходом выключал в комнате свет.

— У нас в доме кто-то есть, — сказал он.

— Ты уверен? — вздрогнула Лера.

— Да… — Он увидел, как легко шевельнулась занавеска, заметил тень, на миг заслонившую электрический свет. — Там кто-то ходит.

— Я никого не жду.

— Я тоже…

В дом они входили крадучись, на цыпочках. По темному коридору, называемому здесь мостом, пробирались тихо, сдерживая дыхание. Пол поскрипывал, заставляя тянуть шаг. Где-то совсем близко таились звонкие ведра и кастрюли, готовые при малейшем неверном движении сорваться со своих мест.

— Ну что за глупость, — сердито шепнула Лера.

— Тс-с! — Яр поймал ее за руку, сжал крепко. В другой руке он держал увесистый ломик.

Дверь в комнату была чуть приоткрыта. Яр осторожно заглянул в светящуюся узкую щелку, увидел висящее на стене зеркало и уголок комода.

— Тихо? — одними губами спросила Лера.

Свет из-за двери ложился на ее лицо неровной полосой, похожей на огромный уродливый шрам.

Яр кивнул.

— Идем?

Они распахнули дверь и ввалились в комнату, готовые сразиться с неведомой опасностью, но, понимая, что опасности, скорей всего, никакой нет, а есть либо припозднившийся безобидный гость, либо бессонный сосед, забежавший с пустяковой просьбой.

В комнате никого не было.

Яр встал у порога, опираясь на ломик, будто на костыль, недоуменно осмотрелся. Пробормотал:

— Я выключал свет. Я помню.

— Верю, — тихо сказала Лера, указывая на грязные пятна на полу и сбитую дорожку.

В темном углу за печкой, где обычно сушилась уличная одежда, кто-то завозился.

Яр тут же повернулся на шум лицом, занес ломик над головой. Лера тихонько попятилась, рассчитывая добраться до висящего на стене тесака.

— Добрый вечер, — сказал прячущийся за печью гость. Кажется, он был немного смущен. — Я подумал, что раз уж вас нет, то я смогу воспользоваться вашим электричеством. Вы не против, друг Яр, друг Лера?

— Херберт! — выдохнули хозяева одновременно.

— Выбирайся оттуда немедленно, железяка! — рявкнул Яр, вонзив ломик в пол.

— Ты же нас напугал! — прикрикнула Лера, топнув ногой.

— Я не хотел никого пугать, — удивился сибер. — Я не умею пугать. Я просто нашел здесь электричество. И хотел немного отдохнуть.

— Ты болван!

— Я друг, — запротестовал Херберт, наконец-то высунув на свет лупоглазое лицо-маску. — Я сибер-друг. Хотите, я расскажу вам смешную историю?

— Нет! — ответили Яр и Лера одновременно.

— Ах да! — Херберт хлопнул себя ладонью по лбу. — Я же не за этим к тебе пришел! Я согласен! — Он несколько раз энергично — так, что в его голове что-то брякнуло, кивнул. — Я согласен. Согласен.

— Кажется, он окончательно рехнулся, — буркнул Яр, поглядев на Леру. — Неудивительно, столько-то лет без профилактики.

— Я не рехнулся, — обиженно сказал Херберт, выбираясь из-за печки. — Я хороший, исправный сибер. Друг Яр, ты же сам звал меня в город. Теперь я говорю, что согласен. А ты говоришь, что я рехнулся.

Яр сразу посерьезнел.

— Так вот ты о чем.

— Когда мы пойдем? Я спешил к тебе!

— Зря спешил, у нас будет еще несколько дней на подготовку.

— Я помогу тебе готовиться. Я спешил не зря. Айван велел хорошо тебе помогать.

— Что? — Яр подумал, что ослышался. — Что ты только что сказал?

— Айван велел тебе помогать. Хорошо помогать. Слушаться тебя.

— Вот это новость. — Яр даже присвистнул от удивления.

Лера промолчала, но было видно, что слова сибера впечатлили и ее.

— Что еще сказал тебе Айван? — поинтересовался Яр, на всякий случай, заглядывая в темное запечное пространство и ощупывая висящие там потертые полушубки — не прячется ли за ними еще кто-то.

— Больше ничего, — подумав секунду, ответил Херберт.

— Видимо, просветление его было недолгим, — хмыкнув, предположил Яр.

Он заглянул в шкаф и под кровать, потом прошел на кухню. Лера тем временем мягким веником-голиком сметала в кучку принесенную Хербертом грязь. Она сильно устала за день, а завтра ей нужно было рано вставать, и она знала, что выспаться за остаток ночи у нее не получится.

— Сделаешь мне чаю? — спросил Яр из-за перегородки.

— Конечно, — откликнулась Лера.

До постели она добралась только минут через сорок. Разделась, ничуть не стесняясь вытаращившегося на нее Херберта, нырнула под одеяло и сразу же отвернулась к стене. Яр сидел на лавке у печи, тянул чай из огромной кружки и, щурясь на крохотный экран, смотрел какое-то комедийное шоу — с музыкой и танцами. Херберт, цокая голыми пятками, подошел к нему, сел рядом. Сказал что-то про шутки. Грянул закадровый смех… Это было последнее, что в тот день запомнила Лера.