Кудряш Данн поднялся на ноги.

– Но ты не на моем месте, а у меня фамилия Сэкетт никакого уважения не вызывает!
– И уперся взглядом в Галлоуэя: - Ну, может, захочешь сделать из этого какие-нибудь выводы?

Галлоуэй усмехнулся.

– Когда захочу, ты об этом узнаешь раньше всех.
– И повернулся к Шэдоу: - Едем?

Они направились к дверям, а Кудряш Данн закричал им вслед:

– Если вы подумываете о земле в этих краях, так лучше передумайте. Тут - страна Даннов!

Галлоуэй повернулся:

– А ты, значит, Данн?

– Да! Можешь на всех углах это орать!

– Ну, спасибо, что разрешил. Прямо сейчас и начну.
– Он вышел, толкнув дверцу, и она закачалась за ним.

Они зашли в лавку на другой стороне улицы и купили необходимые припасы. Владельцем лавки был тоненький молодой человек, подвижный, словоохотливый и приветливый, которого звали Джонни Кайз.

– Это мое первое собственное дело, - с улыбкой пояснил он.
– Отец считает, что я для бизнеса еще слабоват, но все же предложил мне помощь для начала. Ну, у меня было кое-что накоплено, а остальное я взял в долг от своего собственного имени. Я рассчитываю добиться успеха без его помощи. Вы не подумайте, - добавил он, - что между нами кошка пробежала, ничего подобного. Просто я хочу пробиться своими силами, без его помощи.
– И снова улыбнулся: - Единственное, что мне нужно, - это побольше покупателей.

– Мы переезжаем в эти края, - сказал Галлоуэй.
– Собираемся разводить здесь скот.

Джонни Кайз бросил на него быстрый взгляд.

– А с Даннами вы об этом говорили? Они утверждают, что эти места принадлежат им.

– Мы только что познакомились в салуне с Кудряшом, - сухо сказал Галлоуэй.
– Он вроде как наталкивал нас на мысль, что они рассчитывают, что мы сюда не сунемся, а мы вроде как оставили его с мыслью, что рассчитываем остаться здесь.

Галлоуэй рассказал о Флэгане и добавил:

– Если он тут покажется, дайте ему все, что попросит. С оплатой будет все в порядке.

Этим вечером они разбили лагерь в ложбинке, протянувшейся вдоль стремительных вод Ла-Платы.

Расстелили одеяла. Галлоуэй стянул сапоги и заботливо поставил рядом с собой, под рукой.

– Я глубоко благодарен, Ник, что вы поехали со мной.

– А я люблю ездить по неосвоенным местам. Наверное, это у меня в крови.

– Но вы ведь родились в замке, и все такое... Мне как-то представлялось, что вам лучше подходит большой город.

– Это был не мой замок, Сэкетт. Замок и титул принадлежали моему отцу. А моя мать была дочерью младшего сына, который ушел в море, потерял ногу в морском сражении, вернулся, осел и начал столярничать... У моего отца было два законных сына, ничуть не походивших на него ни внешностью, ни поступками. А я был его копией. Как-то его жена встретила меня за городом, когда я тренировал лошадь для одного человека. И попросила, чтобы я покинул страну. Моя матушка к тому времени упокоилась, столярное дело меня не влекло, а эта женщина мне объяснила, что я слишком похож лицом на ее мужа, чтобы обошлось без разговоров и сплетен. Она сказала, что любит своего мужа, и пообещала выделить мне приличную сумму денег, если я уберусь с глаз долой... Ну, именно о таком я и мечтал, хотя сомнительно, чтобы у меня это получилось своими силами. Я учился в хороших школах, но вкуса к бизнесу не приобрел. Короче, я поблагодарил ее, взял деньги и уехал в Америку... Я об этом никогда никому не рассказывал прежде и, вероятно, больше никогда никому не расскажу...

– А что ваш дед?

– Он не мог перенести мой отъезд, хотя на моем месте сам поступил бы точно так же. Я бы там ничего не добился в жизни, если не считать горестей... Я писал ему, посылал деньги, когда были. Он умер несколько лет назад. Графиня написала мне, пыталась объясниться и спрашивала, не хочу ли я вернуться. Один из ее сыновей погиб, его лошадь сбросила. Второй попал в неприятную историю и покинул страну, а третий был... нездоровым человеком.

– Вы могли бы вернуться.

Шэдоу кивнул.

– Она писала, что отец готов признать меня своим законным сыном, так что я мог бы стать наследником. Но меня больше не влечет к этому, Сэкетт. Теперь моя страна здесь. А кроме того, как-то на Востоке были у меня неприятности. Небольшая стычка в Миссури, со стрельбой и трупом... Его семья занимает видное положение, и им хотелось бы меня разыскать...

Какое-то время оба молчали. Шэдоу курил в тишине, потом отложил трубку и закутался в одеяла.

– Сэкетт, - сказал он вдруг, - если вы своими глазами не увидите здешние горы, то просто но поверите. Другой такой фантастической красоты в мире нет. Пики, похожие на башни, долины, которых никогда не видел глаз белого человека, и реки, текущие Бог знает откуда. Я видел Альпы и Пиренеи, но нигде нет ничего похожего на эти горы.

Галлоуэй не отозвался. Где-то в этих фантастических прекрасных горах, может, всего в нескольких милях отсюда, Флэган сражается за свою жизнь, за само существование свое... Он не спеша начал продумывать все сначала, пытаясь мысленно восстановить картину событий...

Флэган - отличный бегун, он всегда сохранял великолепную форму. Он, вероятно, сделал хороший рывок, изрядно оторвался от преследователей, так что им пришлось бы крепко поднажать, чтобы нагнать его. Хуже, видимо, обстояло с едой, но в горах им часто приходилось обходиться подножным кормом.