Видя, что все в сборе, полковник Папастратос встал, оправил строгий тёмно-синий китель, взял в руки указку и подошёл к стене, на которой висела карта совершенно незнакомых мне мест. Хотя в самом низу видно море, пролив и кусочек береговой черты с надписью «Rodos», это одна из бывших турецких провинций.

Командир полка начал говорить. Бекбулат встал рядом с ним и стал переводить его речь на русский язык. Это делалось для Никшича, Кары и меня, а Алтай и Алекс понимали Папастратоса, правда, не на все сто процентов, но смысл его слов выхватывали правильно.

– Господа наёмники, – полковник говорил и указывал на одно из поселений на карте, – для вас есть работа. Это развалины портового городка Бозбурун. К нам поступила информация, что в пятнадцати милях от него в глубь материка скопилась большая масса гражданского населения, которое мы просто обязаны вытащить из той дикости, в которой эти люди сейчас пребывают. Ваша задача произвести поиск, обнаружить лагеря беженцев, уничтожить военную силу поселений и сопроводить всех мирных граждан на транспортные корабли нашего флота. Погрузка личного состава ваших батальонов на десантные суда и высадка на берег назначаются на завтрашнее число, а на проведение всей операции вам выделяется трое суток. Приказ ясен?

Ожидая ответа, полковник прервался, в нетерпении похлопал указкой по ладони левой руки, и в тишине раздался вопрос Алтая:

– Каково количество мирных граждан и сколько стволов нам будет противостоять?

Вместо ответа полковник несколько надменно приподнял подбородок, смерил Алтая холодным взглядом и кивнул в сторону Бурова:

– Более конкретные данные получите у начальника штаба. Меня же интересует только одно: ясен ли вам приказ?

Мы подтвердили, что приказ ясен и мы готовы его выполнить. После этого Папастратос положил указку на стол и покинул комнату. Видимо, у него имелись более важные дела и всё, что он хотел нам сказать, было сказано.

Такой вот у нас работодатель, и за прошедший месяц я уяснил одно: полковник относится к нам как к людям второго сорта. Меня и других комбатов, суровых мужиков, повидавших в этой жизни слишком много крови и смертей, подобное отношение бесит. Но пока мы ничего не предпринимаем, поскольку как здесь дела вершатся, мы понимаем ещё не совсем чётко.

В унисон моим мыслям, вслед Папастратосу, который уже закрыл за собой дверь, донеслось какое-то забористое выражение на турецком от Алтая и прозвучали слова Никшича:

– Что за надменность, не понимаю. Ведь сопля соплёй, а туда же, аристократ…

– Прекратить обсуждать командование! – оборвал серба Буров. – Приказ доведён, мы готовы его выполнить, а остальное не важно.

– Да-да, – вторил его словам Бекбулат.

Кара искоса посмотрел на ставшего личным переводчиком Папастратоса наёмника, пожевал губами и сказал:

– Давайте к делу. У кого какие вопросы?

– Мирные граждане и стволы, – напомнил Алтай.

Начальник штаба заглянул в какие-то бумаги, лежащие перед ним, и начал излагать:

– Некомбатантов около пятнадцати тысяч, и их количество постоянно увеличивается. Это беженцы из районов Мармариса, Муглы и Антальи. Зачем бегут, не понимают, и чего хотят, пока не знают. Единого вождя нет, а значит, нет и какого-то решения. Из всех этих людей воинов около тысячи, оружие у них имеется, но в основном какие-то самопалы, дробовики и самодельные гранаты. Для всех нас это первая совместная операция, так что давайте без понтов, кто круче и у кого опыта больше. Пришли, отработали, задачу выполнили – и на базу.

– Да нам-то что, – Никшич кивнул на дверь, – в отличие от начальства, мы всё понимаем.

– Отставить!

Кара с силой ударил своей уцелевшей рукой по столешнице, и бумаги на столе взвились в воздух.

– Ладно, – серб кивнул, – проехали. У меня, кстати, тоже вопрос имеется.

– Давай.

– Что насчёт трофеев и восполнения потраченного боезапаса?

– По контракту никаких прав на трофеи мы не имеем, а боекомплекты будут восполнены за счёт нанимателя.

– А если по-тихому что-то для себя прибрать?

– Под твою ответственность, – Буров пожал плечами, – и так, чтобы без стрел на другие батальоны.

Все комбаты одобрительно хмыкнули. Следующий вопрос задал македонец Алекс:

– Карты местности будут?

– Конечно, с утра получите по пять комплектов вместе с решением по проведению всей операции.

– Кто командир у военизированных групп, с которыми нам придётся столкнуться? – снова задал вопрос Алтай.

– А не всё ли равно?

– Ну, как сказать. Я многих хороших командиров знаю, и иногда легче договориться, чем воевать. Да и ты, Кара, личность известная, так что можешь попробовать авторитетом надавить, и нам не придётся воевать.