Я- то думала: Сибил знает, что мы не уехали, знает и об утреннем инциденте, тем более что мальчик-звезда ухаживал за Мэри Нелл. Возможно, Сибил удивилась, что я пришла на концерт. Пол Эдвардс даже не попытался любезно меня поприветствовать; он молча стоял за Сибил с двумя висящими на плече стульями.

–  Не понимаю, почему шериф так поступил, - сказала Сибил.
– Сожалею, что вам доставили такие неудобства.

Она нерешительно взглянула на меня. Похоже, не знала, как закончить разговор, а я была слишком мелкой сошкой, чтобы выручить ее из затруднительного положения.

–  Может, встретимся завтра за ланчем?
– предложила Сибил.

Должно быть, никакой другой реплики ей в голову не пришло.

–  Приходите вместе с братом в полдень. Хорошо? Вы знаете, где мой дом?

–  Спасибо. Думаю, мы его найдем.

Я слегка улыбнулась ей, и мы с Холлисом пошли к пикапу.

Холлис издал сдавленный звук, и я поняла, что он сдерживает хохот.

–  Что с тобой?
– спросила я и сама улыбнулась.

–  Она не знала, как выйти из неловкой ситуации.

–  Нет, просто она чувствует себя обязанной людям, которых наняла на работу.

–  Ты могла бы помочь ей вывернуться, - заметил он, но, судя по всему, его не слишком беспокоила светская дилемма Сибил.

–  Не-а. Я догадалась, что ей в голову придет какая-нибудь идея. И оказалась права.

Мы уложили вещи в багажник и уселись в автомобиль. Холлис крепко обнял меня за талию.

Когда мы подъехали к мотелю, я пригласила его к себе.

–  Мне всегда хотелось заниматься любовью в мотеле, - сказал он.

–  Такова моя цель… Расширить твои горизонты.

Кровать в мотеле была намного лучше, когда я находилась в ней не одна.

Холлис ускользнул в пять утра. Прошептал, что ему надо домой, принять душ и поехать на работу. Он поцеловал меня, а я на долгий момент прижалась к нему, жалея, что ему нужно уйти. Хотя утонченность не была отличительной чертой Холлиса - ни в любви, ни в беседе, - это не было плохо. Он был большим и теплым, во сне тихонько похрапывал, отчего мне становилось очень уютно. Я как будто лежала с большим, полным энтузиазма плюшевым медведем.

Я бы не возражала провести с ним много таких ночей.

И эта мысль окончательно меня разбудила.

У меня почти не было секса. Одна из причин, по которой я так редко выбирала партнера, - это осознание того, что наша связь будет кратковременной. Любовь на одну ночь напоминала мне расчесывание зудящего места, и я предпочла бы делать это сама, чем вербовать человеческий инструмент для мастурбации. О, я знала, что умелые взрослые люди могут взять и отдать немного себя всего за одну ночь. Я знала, что такой секс не обязательно должен быть скверным и показным. Однако в большинстве случаев так и получалось; и это оставляло у меня чувство тошноты и недовольства собой, каким бы удовлетворительным ни был физический акт. Такой была для меня вторая отрицательная сторона секса.

Но теперь я провела с Холлисом две ночи и поняла, что хочу провести с ним еще больше времени. Однако я прекрасно понимала, что мой образ жизни этого не позволит.

Толливеру было намного проще. Он встречался глазами с женщиной, она соглашалась на секс, и после сближения они спокойно расставались. Она понимала, что он уедет из города так же внезапно, как и приехал. Возможно, некоторые женщины думали: «Хорошо бы, чтобы он так меня полюбил, чтобы оставил свою сестру и пожил со мной некоторое время». Поскольку подруг у меня не было уже много лет, я могла лишь догадываться, о чем думают другие женщины. Может, когда-нибудь Толливер именно так и поступит.

Несмотря на беспокойство, я уснула, однако в семь уже была в душе. Я была одета, когда Толливер тихонько постучал с улицы в мою дверь.

Когда я его впустила, он быстро оглянулся и расслабился, увидев, что мы вдвоем.

–  Как прошел концерт?

–  Замечательно. Тебе бы он понравился.

Я не спросила, чем он занимался в мое отсутствие.

–  Готов позавтракать?

–  Да. Поедем в «Денни».

Возможно, в «Денни» фруктовый салат окажется получше. У меня, как и у многих выживших после удара молнии, бывали страшные головные боли, да и правая нога стала намного слабее левой. Облегчение мне приносило то, что я избегала жареной пищи. Накануне в «Макдоналдсе» я сильно погрешила против диеты, и всю ночь у меня дергалась нога. К счастью, Холлис этого не заметил, однако сегодня утром я чувствовала себя слишком неважно для пробежки.

–  Кстати, нас пригласили на ланч, - сказала я Толливеру, когда мы застегнули ремни безопасности.

День был пасмурный и холодный. Вскоре начнутся дожди, ветры сорвут с дубов и кленов листья и покатят по дорожкам. Горожане уберут до весны свои национальные костюмы горцев, закроют ларьки, где продаются кристаллы и фрукты, и всю зиму Сарн будет жить без туристов.

–  Куда пригласили?
– спросил Толливер, вернув меня к действительности.

–  К Сибил Тиг.

Я рассказала ему, что накануне столкнулась с Сибил и Полом.