–  Интересно, - сказал Толливер.
– Прежде чем пойдем в ресторан, расскажу тебе, что я вчера узнал от Джанин. Пол Эдвардс был адвокатом Хелен, она пригласила его, когда оформляла развод с Джеем Хопкинсом. Он и раньше представлял интересы Джея и Хелен, когда они судились с Терри Вейлом.

–  А что они могли инкриминировать мэру?

–  Возможно, тогда он еще не был мэром. Он владеет местной компанией, торгующей мебелью и коврами. Джей Хопкинс сказал, что ковер, который продал им Терри, слишком легко покрывался пятнами и что Терри не выполнил условия гарантии.

–  Гм. Не уверена, что все это значит.

И мне нужна чашка кофе, прежде чем я вообще начну соображать.

–  Это означает, что Пол Эдвардс знает секреты обоих семейств, - сказал Толливер.

–  Например?

–  Например, кто на самом деле отец Тини.

–  О-о.

–  Возможно, он знает, зачем Тини и Делл оказались в тот день в лесу. Что заставило их туда поехать, на землю, не принадлежавшую их семьям? Почему их убили?

–  А кто владелец земли?

–  Не знаю.

–  Может, сегодня и выясним?

–  Справимся в местной администрации. Хотя зачем нам это нужно?

–  Я предпочла бы чем-нибудь заняться, вместо того чтобы вернуться в мотель и решать кроссворды.

–  Да, я тоже.

Мы составили план на сегодня.

Сразу после завтрака мы отправились в прачечную самообслуживания «Садси клин», владельцем которой - что нас не удивило - оказался Терри Вейл. Работала в прачечной морщинистая старуха с палкой, которая разменивала деньги на монеты, нужные для пользования стиральными машинами и сушилками, и продавала маленькие упаковки со стиральным порошком. Мы заметили, что по просьбе посетителей она также стирала и складывала белье. Дела в «Садси клин» шли бойко.

Крепкая старуха отлично обслуживала клиентов и хорошо выполняла свою работу, но была полна решимости вести себя как можно более нелюбезно.

Поначалу пушистые седые волосы и накрахмаленный передник ввели меня в заблуждение, и я подумала, что буду вежлива со старой каргой. Но когда я попросила разменять мне доллар, чтобы воспользоваться сушилкой, старуха так шумно втянула в себя воздух, словно я сделала непристойное предложение. Я была поражена и не могла сообразить, что же я такое натворила. Я растерянно протянула доллар, старуха взяла его и оглядела так, словно я была известной фальшивомонетчицей. Затем медленно отсчитала мелочь, поблескивая очками, то и дело взглядывая на меня, как будто боялась, что я выхвачу деньги из кассы и убегу.

–  Она очаровательна, - доверительно сказала я Толливеру, засовывая монеты в щель автомата.
– Тебе надо с ней познакомиться.

Толливер посмотрел на старуху и попытался сдержать улыбку.

–  Я имею в виду, она просто обворожительна, когда сердито зыркает на тебя, - продолжала я, - Какой характер! Таких старых леди теперь редко сыщешь!

–  Тсс!
– прошипел брат, но было ясно: на самом деле он не хочет, чтобы я замолчала.

Не знаю, слышала меня женщина или нет, но выражение крайнего отвращения так и не покинуло ее лица. Было ли в ее неприязни что-то личное? Или она возненавидела нас просто потому, что мы были не из Сарна? Трудно сказать. Впрочем, какая разница.

Мы довольно быстро закончили стирать и складывать белье, поскольку с утра клиентов в прачечной было мало. Возможно, старая драконша разогнала всех посетителей.

Потом мы остановились в центре города. Администрация размещалась в старинном здании, где мы еще ни разу не бывали. Потолки в нем оказались в точности такими высокими, а окна - в точности такими огромными, какими я их воображала. Очевидно, здание построили еще до изобретения кондиционеров. Комната, в которую мы вошли, оказалась очень непропорциональной: расстояние от пола до потолка было гораздо больше, чем от одной стены до другой. Мне стало не по себе: я и представить себе не могла, как можно долго находиться в таком помещении.

Две работавшие в комнате женщины удивились незнакомым посетителям. Та, что постарше, очень полная, с крашеными каштановыми волосами, сразу поднялась из-за стола и подошла к деревянному барьеру. Мы попросили показать карту графства, и она молча указала на стену позади нас.

–  Змея, - прошептала я Толливеру.

Мы развернулись и увидели огромную карту графства Коллетон. Брат кивнул, поняв, кого я имела в виду.

–  Если бы она была змеей, она бы нас ужалила.

Я вгляделась в карту, ориентируясь на две главные дороги. Они проходили через Сарн, формируя шаткую букву X. Я все еще смотрела на них, когда Толливер указал на место, где мы вышли из машины, когда отправились на поиски тела Тини.

Ознакомившись с некоторыми перекрестными ссылками, мы определили, в чьем владении находится этот кусок земли, и служащая дала нам соответствующий журнал. Мы узнали, что этот участок, как и несколько других по обе стороны дороги, принадлежит Отделу мелиорации графства Коллетон. Это ни о чем нам не говорило, и Толливер спросил служащую, не знает ли она, кто на самом деле стоит за Отделом мелиорации графства Коллетон.

–  А-а, - ответила она с улыбкой, - это Пол Эдвардс, Теренс Вейл и Дик Тиг. Они купили много земли, мечтали, что с годами мы станем еще одним Брэнсоном [15] . Не думаю, что такое когда-нибудь случится.