– Это точно, – кивнул Александр. – Внутри пусто.

– Включимся в обстановку, пустота исчезнет. Ну что? Зовем Ольгу?

Она появилась сразу, словно соткалась из завитков туманного кружева.

– Что решили?

– Мы с тобой. Только надо все основательно обдумать.

– Что именно?

– Такие операции нужно хорошо планировать. Если выскочим отсюда, как говорится, на ура – командира не вытащим и сами погибнем. Теперь уже точно навсегда, – ответил Граф. – У тебя был план действий?

Ольга отрицательно покачала головой.

– Не беда. Расскажи-ка подробнее все, что знаешь.

– О чем конкретно?

– Обо всем. О Первом Мире. О Корпоративной Окраине. О Конфедерации.

Она кивнула.

– Попробую. Хотя сама многого не знаю. Гюнтер знал... Попытаюсь использовать считанную с его запоминающих устройств информацию.

Прошло немало времени, прежде чем Ольга, закончив свой рассказ, развела руками:

– Вот, похоже, все...

– Олмера гасить, однозначно, – хмуро произнес Блейз.

– Не спеши, – осадил его Лагин. – Помнишь, Граф, как мы от грызунов избавлялись на Эрихайме?

– Помню. – Денис посмотрел на Ольгу и пояснил: – На той планете мы столкнулись с мутировавшими крысами. Как попали они на борт колониального транспорта – непонятно, но выжили и сильно изменились под влиянием чуждой биосферы. Огромные всеядные одиночки – друг друга не выносили, в стаи не собирались, а нам доставляли массу хлопот. Умудрялись проникать в серв-машины, выводили из строя проводку, заведется такая тварь – поди поймай ее. Все перепробовали – бесполезно.

– И как вышли из положения?

– А все гениальное просто. Ловили другую крысу и запускали ее внутрь. Бьются они друг с другом отчаянно, так что в большинстве случаев выходила ничья – обе твари подыхали от ран. Воняло, конечно, потом некоторое время, но это так, мелочи.

– К чему ты это рассказал? – не до конца поняла Ольга.

– У нас, как я понял, две темные лошадки, – ответил Граф. – «Райт-Кибертроник» и «Нейл Индастри Компани», верно? Одна корпорация наладила серийное производство киборгов, другая торгует через сеть запрещенными программами, дающими покупателю определенную власть над кибернетическими организмами. Отсюда вопрос: обе корпорации действуют заодно, в стае, или же Олмер крысятничает в одиночку?

Ольга задумалась.

– Скорее в одиночку. Я вот сейчас подумала: термин «корпорация» слишком уж громко звучит для «Райт-Кибертроник». Собственных производств у Олмера практически нет, так, по мелочи, пара цехов на случай проверки, но финансовые потоки, судя по моим данным, несоразмерны уровню продаж легально произведенной продукции.

– Это понятно. Основную прибыль он извлекает из сделок в сети, реализуя нелегальные программные продукты. Вопрос в ином. Чтобы создать эффективные, работающие без сбоев и глюков приложения, Олмеру необходим программный код ядра системы «изделия», а такого рода информация является, в моем понимании, коммерческой тайной «Нейл Индастри»?

– Безусловно, – кивнула Ольга.

– В таком случае, если программный код украден или взломан, вся корпорация Олмера – мыльный пузырь. На него наверняка работают талантливые хакеры, а руководство «Нейл Индастри», вероятно, не подозревает, что создаваемые ими модели киборгов уже лишились защиты и стали восприимчивы к «левым» программным продуктам.

– Я не думала о таком раскладе, – призналась Ольга.

– Неудивительно, – успокоил ее Денис. – Для нас подобная практика – обычное дело. На войне программное оружие применялось наравне с другими видами вооружений, так что взлом и перепрограммирование – это не изобретение Олмера, а древний и эффективный диверсионный метод, дающий мгновенную отдачу, особенно на поле боя.

– У Олмера действительно имеется целый штат кибрайкеров, – задумчиво произнесла Ольга.

– А кто они такие? – спросил Лагин. – Никогда не слышал такого слова.

Ольга объяснила значение термина «кибрайкер», вызвав настороженный интерес к хакерам современности.

– Опасные противники, – произнес Александр. – Особенно для нас, учитывая, что действовать придется, используя «тела» пехотных дройдов.

– Значит, потратим больше времени на подготовку.

– Защититься от кибрайкера очень сложно. – Ольга знала, о чем говорит. – Если им не удается перехватить управление, то сбой в обмене данными, искажение внутренних команд, ведущее к параличу кибернетических компонентов, они создадут гарантированно.

– То есть мы рискуем либо невольно перейти на сторону противника, либо попросту стать хорошими неподвижными мишенями?

– Примерно так.

– Выход всегда есть, – не поддержал общего пессимизма Блейз. – Экранировать сервомоторы и сервоприводы от пагубных воздействий не так уж и сложно. Есть специальные составы, защищающие уязвимые узлы. Передачу данных переведем на оптическое волокно.

– Как обезопасить ядро системы?

– Отключить к фрайгу. Как мы управляли серв-машинами при повреждении кибернетических составляющих?