Так как он души не чаял в Массимо, она не могла понять его угрюмого настроения. Может быть, он до смерти боится того момента, когда двоюродный брат впервые увидит его в инвалидной коляске?

Еще большей неожиданностью для Сары было то, что в четверг вечером Сезар улетел в Рим на очередное обследование, даже не предупредив никого заранее. Джонни отнесся к этому с большей легкостью, чем в первый раз, чего нельзя было сказать о Саре. Внезапная тревога сковала ее изнутри, и она никак не могла избавиться от нее.

Может быть, это действительно всего лишь очередное обследование. Но ей хотелось быть рядом с мужем, поддержать его в трудную минуту. Неужели стена между ними никогда не рухнет?

Сара знала, на что шла, согласившись на этот брак. Она могла смириться с чем угодно, кроме его неоправданной жестокости по отношению к ней. Если он мучился от головных болей или от ночных кошмаров, она была последним человеком, с которым он хотел поделиться этим. Все, что касалось ее мужа, она узнавала лишь случайно.

Вечером, появившись в дверях спальни, он наотрез отказался обсуждать с ней свой визит к врачу. Повернувшись к ней спиной, он ясно дал понять, что собирается спать. А ее ждала бессонная ночь, полная сомнений и вопросов, на которые только Сезар мог дать ответ.

В пятницу напряжение достигло предела. Обычно Сезар сам встречал Джонни из школы, и они вместе плавали в бассейне. Но только не сегодня. По словам Бьянки, он все еще был в тренажерном зале. Сара не смела беспокоить мужа. Только Биби имела доступ в «святая святых», но сегодня даже она была лишена этой привилегии.

Сердце Сары сжалось от боли. Может быть, он действительно боится приезда Массимо?

Она хотела бы помочь ему, но не знала, как. Джонни стал тем стимулом, который заставил его покинуть больничную палату и начать жизнь заново. Но что это за жизнь, если он даже не может радоваться приезду любимого кузена?

Люк несколько раз звонил, чтобы договориться о встрече, но Сезар придумывал тысячу отговорок, стараясь не допустить этого. Друзья и коллеги словно по команде завалили его сайт электронными письмами, на которые Сезар даже ни разу не ответил.

Только Джонни он впускал в свое сердце.

Сара не сможет долго притворяться перед Массимо, будто в их с Сезаром отношениях все гладко…

Она едва не поддалась искушению попросить Массимо, чтобы тот не приезжал, но не смогла. Сезар никогда не простит ей вмешательства в его жизнь.

Поэтому ей ничего не оставалось, как готовиться к встрече гостей. Она надела на сына его любимую футболку и новые ботинки. Ей тоже пришлось принарядиться. Сара остановила свой выбор на зеленой шелковой блузке и коричневых брюках известного итальянского дизайнера.

Желая выглядеть особенно хорошо, она накрасила губы и подвела глаза. Ее темные волосы блестели на солнце, а кожа светилась ровным загаром.

Они с Джонни вместе вышли на террасу. Спустя пару минут к ним подъехал Сезар. Сара затаила дыхание.

Темные волосы мужа были слегка влажными, он был чисто выбрит и выглядел потрясающе в новых бежевых брюках и спортивной рубашке с короткими рукавами. Одежда сидела на нем превосходно, выгодно подчеркивая широкие плечи и мускулистые ноги.

Он представлял собой образец мужественности, о котором мечтает каждая женщина. Сезару не хватало лишь обручального кольца, которое она купила ему. Он ни разу не надел его, а возможно, не наденет вообще никогда.

Его темные глаза мерцали серебряным блеском при свете послеполуденного солнца. Он мельком взглянул на Сару, заставив ее почувствовать себя незаметной серенькой мышкой.

— Мне только что звонил Массимо. В любую минуту они будут здесь. Идем со мной, дружище, мы встретим их, — обратился он к сыну.

— Ура-а!!! — радостно завопил Джонни.

Сара последовала за ними. Ее душа болела за мужа. Она бы с удовольствием приняла на себя его страдания, если бы могла.

Черный автомобиль въехал на парковку и остановился. Высокий темноволосый мужчина, которого Сара столько раз видела на фотографиях, первым вышел из машины.

— Привет, Сезарио!

Он поспешил навстречу ее мужу.

Взгляд Сары устремился на Джонни, который соскочил с колен Сезара, чтобы получше разглядеть великолепного археолога, о котором столько рассказывал отец.

А потом произошло чудо.

Словно это было самое естественное в мире, Сезар поднялся с инвалидной коляски, сделал несколько осторожных шагов к своему двоюродному брату и заключил его в крепкие объятия.

Определенно, ей все померещилось. Должно быть, напряжение прошлых дней начало сказываться на ее рассудке.