Люк выглядел потрясенным.

— Я и так всегда гордился тобой.

— Знаю. Именно поэтому ты лучший. И заслуживаешь такую идеальную жену, как Оливия.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? После того, как причинил ей такую боль, я жил в страхе, что навсегда потерял ее. Я осознавал, что нужно совершить какой-нибудь безумный поступок, чтобы вернуть ее.

— В глубине души она всегда любила тебя. Боюсь, что брак с Сарой — прямая противоположность.

Люк недоверчиво фыркнул.

— Подожди, должно быть, я что-то не понял. Неужели ты хочешь сказать, что она не была рядом с тобой каждую минуту? Все эти пять лет она непрерывно следила за тобой. Кто еще, кроме влюбленной женщины, осмелился бы войти к тебе в палату после того, как ты нагнал страху на всех, включая лечащего врача? Ты ведь знаешь, что она была вовсе не обязана приезжать. Особенно после того, как за все шесть лет с твоей стороны не было предпринято ни одной попытки вернуться в ее жизнь. Сара тотчас же явилась к тебе, узнав, что с тобой приключилась беда. Кто воспитывал твоего сына все это время? Насколько мне известно, она предпочла остаться одна, чем находить отчима для Джонни. Если бы ты не жил в ее сердце, какого черта Джин-Сезар так привязан к тебе едва ли не с самого рождения? Она была не обязана выходить за тебя замуж. Сара согласилась, потому что сама желала этого. — Он снова похлопал Сезара по плечу. — Только настоящая любовь могла заставить ее приехать в Италию.

Сезар прищурился.

— Раз уж сегодня мы решили раскрыть все карты, — продолжил Люк, — хочу сказать тебе, братец, что ты до сих пор кое-чего не знаешь обо мне и Оливии.

Сезар в замешательстве уставился на брата.

— Мне пришлось прибегнуть к похищению, чтобы заставить ее выслушать меня.

— К похищению?

— Вот именно. В лимузине с тонированными стеклами. Пока она думала, что автомобиль везет ее в отель, он ехал на мою виллу.

Услышав это, Сезар разразился громким смехом.

— Должно быть, это было ужасно.

К его удивлению, Люк даже не улыбнулся.

— Я чувствовал себя гораздо хуже. Если бы тогда она меня отвергла, у меня не было бы сил продолжать жить дальше. Слава богу, тебе не нужно придумывать никаких трюков с Сарой. Она всегда была твоей.

Именно об этом говорила Сара несколько дней назад, но он не слушал ее.

Сезар ощутил выброс адреналина в кровь.

— Ты, как всегда, прав, братец, а я самый большой кретин, который когда-либо жил на этом свете. Твое признание на многое раскрыло мне глаза. Возможно, теперь мне понадобится твоя помощь.

В глазах Люка появились дьявольские огоньки.

— Я весь внимание, братишка.

Сара, Джонни и родители Сезара заканчивали завтрак. Сезар уехал еще засветло. С того самого вечера, когда она узнала, что муж может ходить, они почти не разговаривали.

— Дорогой, — воскликнула синьора де Фалкон, увидев на пороге столовой старшего сына. — Присоединяйся к нам.

— Я бы с удовольствием, но Оливия прислала меня за Сарой и Джонни. Мари-Клер не терпится поиграть со своим двоюродным братишкой.

— А где Сезар? — поинтересовался отец.

— Не знаю. Я думал, что он здесь, с вами.

На лице пожилой женщины отразилась боль.

— Значит, он отправился на трек. Разумеется, после аварии… — Она не договорила, закрыв лицо руками.

Сердце Сары сжалось от сочувствия к пожилой женщине. Совсем недавно она узнала, что мать Сезара очень страдала из-за того, что сын выбрал карьеру гонщика.

Джонни вскочил со стула и подбежал к бабушке.

— Не плачь, бабуля! Папа любит гонки!

Она рассмеялась сквозь слезы.

— Я знаю, что любит. Но ты не представляешь, что значит быть гонщиком, мой милый Джованни. — Она крепко обняла его. — А теперь иди со своим дядей и скорее возвращайся.

— Хорошо, — пообещал он. Поцеловав бабушку и деда, он присоединился к Саре, и они направились к голубому седану Люка.

— Сначала заедем на трек, — сообщил Люк, когда они уже ехали по главной улице Монако.

Джонни хитро посмотрел на Сару.

— Бабуля расстроилась, да?

— Это еще ничего. Вот если бы она узнала, что твой отец собирается прокатить тебя на своем гоночном авто…

— Ура! — закричал Джонни. Сара была рада за сына. Прокатиться на гоночном автомобиле отца было мечтой его детства.

— Я вижу гоночный автомобиль! — закричал Джонни.

Действительно, ярко-красный болид стоял на стоянке, а вокруг него толпились члены команды.

— А где папа?

— Скоро увидишь. — Люк подъехал ближе и остановился.

— Вот же он!

Джонни увидел Сезара и бросился к нему. Сезар находился внутри автомобиля. Солнце бросало отблески на его черные как смоль, вьющиеся волосы. Сегодня он не надел шлем. Его руки сжимали руль. Что-то блеснуло у нее перед глазами. Это было обручальное кольцо, которое подарила ему Сара.